Главная страница

Королев. Скандинавская мифология. Энциклопедия. 5Содержание


Скачать 8,11 Mb.
Название5Содержание
АнкорКоролев. Скандинавская мифология. Энциклопедия.pdf
Дата10.04.2018
Размер8,11 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаKorolev_Skandinavskaya_mifologia_Entsiklopedia.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#43623
страница6 из 31
Каталогid17275610

С этим файлом связано 28 файл(ов). Среди них: Pat_Averill_Sylvester_Hickmon_Debra_K_Yaun_-_Colored_Pencil_Step, Morrell_Wise_-_Drawing_With_Colored_Pencils.pdf, Petrukhin_Mify_drevney_Skandinavii.pdf, Debra_Kauffman_Yaun_-_Animals_in_Colored_Pencil.pdf, Braude_Skazochniki_Skandinavii.pdf, Aylin_Sorg_-_Colored_Pencil.pdf, Korolev_Skandinavskaya_mifologia_Entsiklopedia.pdf, Devidson_Drevnie_skandinavy.pdf, 1983_Kniga_o_schastye_i_neschastyakh_Dnevnik_s_vospominaniami_i_, Leonard_Sasskind_Kvantovaya_mekhanika_Teoreticheskiy_minimum.pdf и ещё 18 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31
щитовых драп — скальдических стихов, в которых описывались картины, воспроизведенные на щитах, подаренных конунгами скальдам.
В Песни о Хюмире» говорится, что Тори Тюр отправились в Йотунхейм, к великану Хюмиру (между прочим, отцу
Тюра), за котлом для варки пива. Хюмир предложил Тору вместе порыбачить бог согласился — и сделал наживку для рыбалки из головы черного быка, принадлежавшего великану. На рыбалке Хюмир вытащил из моря двух китов, а Тор,
как повествует Песнь о Хюмире»,
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iсидел на корме и донку снастил:
голову бычью друг человеков,
недруг червей насадил на крючок;
и тут же клюнул,
сглотнул наживку гад кругосветный,
богов супостат.
Выводил, вытащил
Тор-змееборец ядом блестящего на борт червя;
молотом плющил голову змею,
бил волчьему брату в бугрище волос.
Кольчатый взвыл,
аж лед раскололся,
древняя вся земля всколебалась,
на дно морское канула рыба.
В поединках Тора с Йормунгандом отчетливо выступает реконструированный индоевропейский мифологический сюжет о борьбе бога-громовника со змеевидным противником. В.В. Иванов и В.Н. Топоров видят в этой борьбе основ

Хюмир и Тор ловят мирового змея. Иллюстрация к Младшей Эдде»
(1760 г
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iной сюжет индоевропейской мифологии Громовержец обычно находится наверху — на небе, на горе, на скале, на вершине дерева, в дубовой горной роще Тор, как убедительно доказывают археологические данные, был связан с культом дуба. — Ред Противник громовержца находится внизу под горой, поддеревом, у воды Этот противник предстает в виде существа змеиной породы. Громовержец преследует его, убивает, рассекая на части и разбрасывая их в разные стороны, после чего освобождает скот и воды. Начинается плодоносящий дождь с громом и молнией».
В скандинавской мифологической традиции поединок громовержца со змеем, впрочем, трансформировался в богатырское деяние, достойное культурного героя, — в схватку с хтоническим чудовищем, которое покушается на упорядоченность мироздания. Вполне возможно, змееборство
Тора — своего рода мифологический прообраз поединков с драконами, известных из германо-скандинавского героического эпоса в таких поединках участвовали герой одноименной англосаксонской поэмы Беовульф, а также скандинавские Сигмунд и его сын Сигурд (германские Зигмунд и Зиг- фрид).
* * Еще одним скандинавским богом с функциями культурного героя является страж Бивреста» Хеймдалль. Согласно Песни о Риге, не входящей в основной корпус эдди- ческих песней, Хеймдалль установил среди людей первые правила социальной организации возможно, именно поэтому в зачине Прорицания вельвы» люди названы «чадами
Хеймдалля».
КРУГ ЗЕМНОЙ Назвавшись Ригом, Хеймдалль странствовал среди людей и пришел на некий двор, где обитали прадед с прабабкой (Аи и Эдда):
Риг им советы умел преподать…
Пробыл он там три ночи подряди снова пошел серединой дороги;
девять прошло после этого месяцев.
Родила она сына,
водой окропили,
он темен лицом были назван был Трэлем...
1
От Трэля, который был морщинист, сутул и лицом безобразен, и его жены Тир (рабыня, девы с кривыми ногами, ведет свое начало род рабов — низшей касты скандинавской социальной структуры.
Затем Риг пришел на двор, где обитали бабка и дед»
(Афи и Амма).
Риг им советы умел преподать Trall — раб. Здесь и далее цитаты из Песни о Риге в переводе
А.И. Корсуна. — Примеч. ред
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iПробыл он там три ночи подряди снова пошел серединой дороги;
девять прошло после этого месяцев.
Ребенка тогда родила эта бабка,
водой окроплен были назван был Карлом…
1
От Карла, который был рыж, румян и с глазами живыми, и его жены Снер (сноха, в одежде из козьей шерсти и с ключами у пояса, пошли бонды — свободное крестьянство, основа скандинавского социума.
Наконец Риг пришел на двор, где обитали отец и мать»
(Фадир и Модир).
Риг им советы умел преподать…
Пробыл он там три ночи подряди снова пошел серединой дороги;
девять прошло после этого месяцев.
Сына Мать родила,
спеленала шелками Karl — свободный крестьянин, бонд. — Примеч. ред
КРУГ ЗЕМНОЙ водой окропила,
он назван был Ярлом
1
Риг признал Ярла своим сыном, и от Ярла, светловолосого, румяного и со взором страшным, ведут свой род скандинавские вожди:
Ярл в палатах начал расти;
щитом потрясал,
сплетал тетивы,
луки он гнул,
стрелы точил,
дротик и копья в воздух метал,
скакал на коне,
натравливал псов,
махал он мечом,
плавал искусно.
Тут из лесов
Риг появился,
Риг появился,
стал рунам учить;
сыном назвал его,
дал свое имя,
дал во владенье наследные земли,
наследные земли,
селения древние Jarl — правитель, представитель родовой знати. — Примеч. ред
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iУпоминание о рунах, которым Риг учил своего сына,
позволило некоторым исследователям (Р. Мейснер и др.)
предположить, что Риг тождествен не Хеймдаллю, как утверждается в прозаическом зачине Песни о Риге, а скорее Одину; Хеймдалль же — позднейшее наслоение, связанное стем, что в характеристиках Хеймдалля и Одина много параллелей (оба связаны с мировым древом, оба сделали закладу корней Иггдрасиля — Один отдал глаз, Хейм- далль же — слух или рог, и т. д.).
Сходство между Хеймдаллем-Ригом и Одином можно усмотреть ив следующих строфах Песни о Риге»:
Потом через лес он оттуда поехал по снежным нагорьям к высоким палатам;
копье стал метать,
щитом потрясать,
скакать на коне,
вздымая свой меч;
затевал он сраженья,
поля обагрял,
врагов убивал,
завоевывал земли.
Восемнадцать дворов вот чем владел он,
щедро раздаривал людям сокровища,
поджарых коней,
дорогие уборы,
разбрасывал кольца,
запястья рубил
КРУГ ЗЕМНОЙ Впрочем, это тождество — не более чем гипотеза, ведь,
как подчеркивал ЕМ. Мелетинский, образ Хеймдалля крайне труден для понимания из-за отрывочности информации и отсутствия связного мифа о нем * Последний из богов, чьи деяния укладываются в рамки действий культурного героя и чьи поступки и действия составляют основной сюжет скандинавской мифологии, — это
Локи.
В Младшей Эдде» о нем говорится, что асы не раз попадали из-за него в беду, но он же выручал их своей изворотливостью. С одной стороны, Локи — участник миротворения, вместе с Одином и Хениром он оживил первых людей, дал им кровь и цвет живого. С другой стороны,
Локи — противник богов, ив Рагнарек — битве перед концом света — ему суждено возглавить демонические силы,
которые погубят мир.
Локи — своеобразный двойник Одина, этакая пародия на верховного аса (О.А. Смирницкая). Подобно Одину,
он — добытчик или похититель, однако, в отличие от действий Одина, преследующего в целом интересы богов и благоволящего людям, Локи попеременно помогает то богам,
то великанам (по выражению ЕМ. Мелетинского, он как бы способствует циркуляции ценностей между различными мирами»).
Так, в мифе о строительстве Асгарда Локи выступает на стороне богов. По договору, заключенному асами с неким великаном, взявшимся построить Асгард, боги должны были в уплату за это дело отдать великану солнце, звезды и ме-
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iсяц, а также богиню Фрейю. Великан привлек к строительству Асгарда своего коня Свадильфари — по совету Локи,
вероятно, предвидевшего исход уговора. Когда срок расплаты приблизился и работа была почти закончена, боги стали совещаться, каким быть Сели тогда боги на свои престолы и держали совет испрашивали друг друга, кто посоветовал выдать Фрейю замуж в страну великанов и обезобразить небо, сняв с него солнце и звезды и отдав их великанам. И все сошлись на том, что такой совет дал не иначе как
Локи, сын Лаувейи, виновник всяческих бед. И сказали, что поделом ему будет лютая смерть, если он не найдет способа, как помешать мастеру выполнить условие сделки, и они насели на Локи. А он струсили поклялся подстроить так,
что каменщик низа что не выполнит условия. Локи превратился в кобылу и стал соблазнять жеребца Свадильфа- ри, а великан, хозяин жеребца, бегал за своим помощником и тщетно старался его изловить. Разгневанный великан стал оскорблять богов — и Тор проломил ему голову своим молотом Мьелльнир. А от союза Свадильфари и кобылы-Локи родился чудесный восьминогий конь Слейпнир, о котором в Старшей Эдде» говорится:
Слейпнир — лучший. — Ред из коней
1
В другом мифе Локи уже действует как пособник йоту- нов (правда, из страха перед богами он все-таки помогает и последним. Как-то, когда Локи с Одином и Хениром странствовал по миру, боги остановились на ночлег и принялись жарить быка. С неба спустился орел — обернувшийся птицей великан Тьяцци — и стал хватать куски мяса. Локи хо Речи Гримнира». — Примеч. ред
КРУГ ЗЕМНОЙ тел было отогнать орла и ударил того палкой, но палка пристала к орлиному оперению и орел-Тьяцци унес бога к себе в жилище. Он согласился отпустить Локи при одном условии что тот приведет к нему богиню Идунн, хранительницу молодильных яблок. В условленный час Локи заманил
Идунн в лес тут прилетает великий Тьяцци в обличье орла и, схватив Идунн, уносится с нею в Страну Великанов к своему жилищу».
С похищением Идунн и пропажей молодильных яблок асы мгновенно утратили вечную молодость и начали
«седеть и стареть. На совете богов выяснилось, что в последний раз Идунн видели с
Локи. Припертый к стене, тот сознался в обмане и поклялся вернуть Идунн. Взяв соколиное оперенье Фрейи, он полетел в Йотунхейм, застал
Идунн одну в доме великана,
превратил богиню в орех, взял в когти и устремился обратно в Асгард. Тем временем Тьяц- ци хватился Идунн, надел оперенье орла и бросился вдогонку за Локи. Асы вышли ему навстречу за стены Асгарда и вынесли ворох стружек. Едва
Локи влетел в Асгард, как асы подожгли стружки. Огонь опалил перья орла, ион рухнул наземь, а асы тут же накинулись на него и убили Тьяцци.
«Младшая Эдда» называет это убийство славнейшим деянием асов».
Г. Тикер. Похищение Идунн
(ок. 1920 г
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iКстати сказать, история имела свое продолжение дочь великана Скади решила отомстить за отца и пришла в Ас- гард, однако согласилась на мировую, когда ей пообещали в мужья кого-нибудь из асов. Мужа она должна была выбрать себе сама — но по ногам, не видя ничего другого. Скади увидела ноги замечательной красоты и указала на них, полагая, что это ноги Бальдра; но ее избранным оказался не
Бальдр, а Ньерд.
Другим условием мировой было желание Скади, чтобы боги ее рассмешили. И тут асов вновь выручил Локи. Он
«обвязал веревкой козу за бороду, а другим концом — себя за мошонку. То один тянул, то другой, и оба громко кричали. Наконец Локи повалился Скади на колени, тут она и рассмеялась».
Один в знак примирения взял глаза Тьяцци и забросил их на небо, где они превратились в две звезды.
И в этих, ив других мифах Локи выступает в роли
трикстера — отрицательного культурного героя, наделенного демоническими и комическими чертами, плута-озор-
Дж. Пенроуз. Молодильные яблоки Идунн (ок. 1890 г
КРУГ ЗЕМНОЙ iника, искушенного в проделках и кознях, нарушающего табу и профанирующего святыни. По К. Леви-Стросу,
трикстер — персонаж-посредник, медиатор между возвышенными низким, богами и йотунами, жизнью и смертью, космогоническими эсхатологическим он ас среди асов и демон среди демонов (О.А. Смирницкая). Как писал ЕМ. Мелетинский, трюки, с помощью которых Локи достигает цели, и его шутовские проделки специфичны для трикстера».
Наиболее ярко комическая и двойниковая составляющие образа Локи проявляются в эддической песни Перебранка Локи», в которой Локи выводит на чистую воду»
всех собравшихся на пир богов — и обменивается с Одином взаимными обвинениями, одинаковыми по своей сути.
Бога скальдического искусства Браги волчий отец»
(эпитет Локи, связанный стем, что чудовищный волк Фен- рир — его сын) попрекает трусостью, Идунн и Гевьон обвиняет в распутстве, Фригг — в прелюбодеянии с братьями мужа, Фрейю — в порочности и кровосмесительной связи с
Фрейром, Тюра — в малодушии, Хеймдалля — в чрезмерном усердии, Тора — в страхе перед великанами. Одину же он бросает такое обвинение:
Молчи-ка ты, Один!
с начала времен людей ты судил неправо:
в распре не раз,
кто праздновал труса,
тому ты дарил победу.
Далее следует взаимный упрек в колдовстве, недостойном богов
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iОдин сказал:
«Пусть в распрях не раз,
кто праздновал труса,
тому я дарил победу,
зато восемь зим ты в подземье сидел,
был дойной коровой,
был женкой рожалой,
ты — бабоподобный муж!»
Локи сказал:
«А сам ты, я слышал,
на острове Самсей,
как ведьма, бил в барабаны,
жил, ворожея,
у людей в услуженье, сам ты бабоподобный муж».
Кроме того, в этой песни содержатся многочисленные намеки на Рагнарек — битву перед концом света — и печальную участь богов, которую предвидит Локи. Так, он говорит Фрейру, намекая на миф, изложенный в песни Поездка Скирнира»:
Дал ты в уплату за Гюмира дщерь злато и меч в придачу:
коль Муспелля чада промчатся сквозь Мюрквид,
чем ты, несчастный, помашешь?
Тору, грозящему ему своим молотом, Локи советует быть посдержаннее:
КРУГ ЗЕМНОЙ Ты же, сын Йорд,
к меду пришел, —
почто же, Тор, вздоришь?
Не столь будешь стоек в стычке стем волком,
что Родителя Ратей пожрет...
1
Вдобавок в этой песни Локи фактически признается в своей причастности к смерти Бальдра:
Фригг сказала:
«В застолье пристало ль столь много о старом вам толковать сегодня?
Зачем понапрасну двум асам спорить?
Прежние распри забудем!»
Локи сказал:
«Молчи-ка ты, Фригг!
ибо, Фьегюна дщерь,
как раз ты блудить горазда:
Вили и Ве,
хоть Видрир — твой муж,
с тобою любились оба».
Фригг сказала:
«Когда бы сидел здесь,
у Эгира в доме,
хоть кто-нибудь, Бальдру подобный Родитель Ратей — Один. — Примеч. ред
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iты с пиршества асов сейчас не ушел бы иначе,
как больно побитый».
Локи сказал:
«Знать, мало досталось желает ли Фригг хулу до конца послушать?
Я — вот причина,
что сына вовек,
Бальдра, с тобою не будет!»
1
Это признание переполнило чашу терпения богов, и они решили отомстить Локи. Как гласит миф, Локи ускользнул из дома Эгира, превратился в лосося и спрятался в водопа-
1
Видрир — эпитет Одина. — Примеч. ред.
К. Хлисен. Перебранка Локи (ок. 1861 г
КРУГ ЗЕМНОЙ де, однако асы его поймали и связали кишками собственного сына Нарви. Скади, дочь великана Тьяцци, которую Локи также оскорбил на пиру, подвесила над его лицом ядовитую змею. Сигюн, супруга Локи, подставляла под каплющий яд чашу когда же чаша переполнялась и Сигюн ее опорожняла, яд капал прямо налицо Локи, и тот корчился так,
что содрогалась земля. Связанный и казнимый, Локи осужден пребывать в некоей пещере до того мгновения, пока не придет срок битвы перед концом света ион не вырвется на свободу * Скандинавская мифология отличается от прочих мифо- логий индоевропейского ареала прежде всего тем, что в ней особое значение придается судьбе. Этот мировой закон»
определяет не только поступки людей (как, скажем, в мифологии греческой или кельтской, но и деяния богов. Никто из них, даже сам Один, не властен изменить того, что предначертано судьбой Бальдру суждено погибнуть — ион погибает, несмотря на все усилия асов Фенриру суждено вырваться из пути он вырывается, как ни удерживают его боги миру суждено быть разрушенными он разрушается, вопреки героизму асов в последней схватке перед концом света.
А.Я. Гуревич называл скандинавское представление о судьбе активистским, противопоставляя его представлению фаталистическому, когда герой покоряется возвышающейся над ним силе жизненные установки героев (ибо- гов) скандинавских преданий противоречат «фатализму,
превращающему человека в безвольное орудие безличной
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iсудьбы. Скандинавский герой не отделен от своей судьбы, они едины, судьба выражает внеличную сторону индивида, и его поступки только раскрывают содержание судьбы. Он осознает себя как личность постольку, поскольку ощущает в себе свою индивидуальную судьбу».
Скандинавские боги действуют в пространстве судьбы»,
представленном двумя проекциями мифологического мироздания горизонтальной, противопоставляющей освоенный мир (Асгард и Мидгард) миру неосвоенному (Утгард),
и вертикальной, которую удерживает и структурирует мировое древо ясень Иггдрасиль, выступающее и как древо судьбы с норнами у корней действуют, сознавая, что все их деяния ведут, если воспользоваться современным физическим термином, к нарастанию энтропии и к гибели мира. Но бездействовать нельзя, иначе это — не жизнь
Глава СКАНДИНАВСКАЯ ЭСХАТОЛОГИЯ:
Рагнарек — гибель богов
Эсхатологические мотивы в мифологии. — В круге вечного возвращения. — Миф и история. — Эсхатология и
этика. — Миф о Бальдре. — Миф об умирающем и воскресающем боге. — Омела. — Дж. Фрэзер о Бальдре и
омеле. — Предвидение Рагнарек. — Силы противников. — Битва перед концом света. — Рагнарек. — Возрождение мира. — Gotterdammerung Рихарда Вагнера.
Эсхатология — представление о грядущем конце мироздания сложилась, по всей вероятности, под влиянием формирования концепции исторического времени противопоставляемого времени мифическому, циклическому, существующему, по образному выражению М. Элиа- дев круге вечного возвращения. В рамках мифического времени эсхатологические мотивы в мифах если и присутствуют, то, скажем так, в латентной, неявной форме. К таковым мифам можно отнести рассказы о древнейшем потопе или пожаре, о гибели старшего поколения богов (великанов, титанов, обитавших на земле до появления человечества. Классический пример эсхатологического мифа в границах мифического времени дает индийская мифология, которая содержит представление о космиче-
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iских циклах гибели и обновления мира вселенная гибнет,
когда засыпает Брахма, — и возрождается, когда наступает новый день бога-творца. Этот процесс повторяется непрерывно, разве что он весьма длителен (протяженность дня
Брахмы — тысяча больших веков, или махаюг, каждый из которых равен 4 320 000 человеческих лета сам Брахма живет сто лет Брахмы, причем каждый его год насчитывает человеческих лет. С появлением исторического времени идея истории как процесса движения от начала к концу — идея, стечением веков выкристаллизовавшаяся в прославляемое одними и проклинаемое другими понятие прогресса, — проникает ив мифологическую цикличность. Мир создается, чтобы быть разрушенным, причем теперь гибель мира затрагивает не только старшее поколение обитателей земли, но буквально всех, в том числе людей. Квинтэссенция «истори- зации» мифологии — христианская апокалиптика с ее мотивами Судного дня и Страшного суда. Кстати сказать, в христианской мифологии, как ив мифологиях иудаисти- ческой и иранской, эсхатологическая тема приобретает
«этическую составляющую гибель мира неизбежна, поскольку он погряз в грехе, и только очищение огнем способно принести избавление от скверны.
Скандинавская мифология — во всяком случае, на той,
достаточно поздней стадии своего развития, которую сохранили для нас песни Старшей Эдды» и прозаические фрагменты Младшей Эдды»
1
— безусловно исторична; в ней присутствует направленное время, движущееся от начала к концу. Она уникальна в том отношении, что эсхатоло-
1
Оба текста относятся кв, между тем как христианство распространилось в Скандинавии в X—XI вв.
КРУГ ЗЕМНОЙ iгическая тема составляет основное ее содержание более того, в скандинавской традиции гибель мира неизбежна,
поскольку мироздание рукотворно, а потому обречено состариться, одряхлеть и умереть, — и вместе с мирозданием гибнут боги, гибнут рази навсегда
1
Скандинавская мифологическая этика не ведает греха
(в христианском значении этого слова. Миру суждено погибнуть отнюдь не потому, что боги нарушают собственные клятвы, прелюбодействуют или ополчаются друг на друга. Нет,
мир погибнет лишь потому, что такова его судьба (недаром
Рагнарек переводится и как гибель, и как судьба богов * Эсхатологический мотив судьбы отчетливо звучит в предваряющем миф об уничтожении мира и уходе великих богов мифе о гибели светлого бога Бальдра. По замечанию
Е.М. Мелетинского, миф о возникновении смерти от копья и первом ритуальном жертвоприношении в рамках воинских инициаций — убийстве юного бога Бальдра — становится прологом к собственно эсхатологическому циклу и обратному превращению космоса в хаос».
Гибель Бальдра, напророченная вельвой, предопределена изначально более того, она — естественное следствие Возможно, нежеланием расставаться с привычными богами отчасти объясняется эвгемеризация скандинавских божеств в Саге об Инглингах» ив прологе к Младшей Эдде»
Снорри Стурлусона. Может быть, это — в известной степени попытка продлить жизнь богов, изобразив их не божествами, а много знавшими и много умевшими людьми, первыми правителями Скандинавии
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iцепи событий, первым из которых было сотворение мира.
Как пишет О.А. Смирницкая, война асов и ванов, строительство Асгарда, смерть Бальдра — эти и другие события проходят перед нами не как отдельные сцены из жизни богов, а как акты вселенской драмы, конец которой известен.
Все оказывается взаимосвязанным в судьбах мира. Добро прорастает злом, неутомимая деятельность богов расшатывает основы устроенного ими мира, приближая в конце концов его гибель. В своем стремлении к власти боги попирают законы, ими же установленные. Сам Один оказывается участником событий, ход которых ему неподвластен. Боги,
как и все сущее, не избегнут приговора судеб…»
Зачином к мифу о гибели Бальдра выступает предание о зловещих снах, которые с некоторых пор стали преследовать юного бога. Обеспокоенный этими сновидениями, отец Бальдра Один отправился в Хель и своим колдовством поднял из могилы прорицательницу-вель- ву, чтобы вызнать у нее, отчего сны у Бальдра такие зловещие. Вельва отвечала,
что в мире мертвых для
Бальдра приготовлены богато украшенные палаты, то есть подтвердила, что Бальд- ру суждено погибнуть. На настойчивые расспросы Одина она также поведала, что убийцей Бальдра станет его брат Хед:
Б. Фогельберг. Бальдр (1840 г
КРУГ ЗЕМНОЙ Один сказал:
«Вельва, ответь!
Я спрашивать буду,
чтоб все мне открылось:
еще хочу знать,
кому доведется стать Бальдра убийцей,
кто сына Одина смерти предаст».
Вельва сказала:
«Хед ввергнет сюда дерево славы;
ему доведется стать Бальдра убийцей,
он сына Одина смерти предаст.
Больше ни слова тыне услышишь»
1
По возвращении в Асгард Один передал ответ вельвы богами тогда Фригг, мать Бальдра, взяла клятву со всех живых существ и со всех вещей — с огня и воды, железа и разных металлов, камней, земли, деревьев, болезней, зверей,
птиц, яда и змей, как добавляет Младшая Эдда», — что они не повредят Бальдру. Когда же Бальдр заступничеством матери сделался неуязвимым, боги стали развлекаться тем,
что стреляли в Бальдра, бросали в него камнями и рубили мечами, а он оставался цели невредим Сны Бальдра» (Песнь о Вегтаме»). Перевод АИ. Корсуна. Примеч. ред
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iПеременить положение дел смог, разумеется, Локи, этот бог конца (по аналогии с Оди- ном, богом начала»).
Он хитростью выведал у
Фригг, что та не взяла клятву не вредить Баль- дру с омелы, растущей к западу от Вальхаллы;
растение показалось богине слишком молодым,
чтобы брать с него клятву. Локи поспешил найти побег, вырвал его и принес на поле, где асы по-прежнему забавлялись, пытаясь поразить
Бальдра. Воспользовавшись слепотой Хеда, он подсунул тому побег омелы и уговорил метнуть в брата. Хед послушался совета — и Бальдр мгновенно пал бездыханным.
Так, по выражению Младшей Эдды», свершилось величайшее несчастье для богов и людей».
Исследователи видели в Бальдре и солярного бога, сражающегося с тьмой и поглощенного ею, и королевскую жертву (в духе теории Дж. Фрэзера
1
о ритуальном убийстве Сам Фрэзер в Золотой ветви высказал гипотезу о связи
Бальдра с поклонением священному дубу, то есть мировому древу. По Фрэзеру, Бальдр был олицетворением священного дуба
(недаром в древнем ритуале практиковалось сжигание человеческого представителя дуба, мифологизированного в образе
Артур Рэкхем. Хегни и Брюнхильд
(ок. 1900 г
КРУГ ЗЕМНОЙ iцаря-жреца), и миф о появлении в мире смерти в результате первого жертвоприношения (однако смерти Бальдра, как мы помним, предшествовала в этом смысле гибель Имира).
Также подчеркивалась тесная связь мифа о смерти Бальдра с ближневосточным мифом об умирающем и воскресающем боге растительности.
К числу таких богов принадлежали шумерский Думузи,
он же Таммуз, фригийский Аттис, финикийский Адонис,
Бальдра); омела же, которая его поразила, мыслилась как вместилище жизни дуба, и, пока она оставалась нетронутой, ничто не могло его сразить или поранить Они (древние. —
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   31

перейти в каталог файлов
связь с админом