Главная страница

Королев. Скандинавская мифология. Энциклопедия. 5Содержание


Скачать 8,11 Mb.
Название5Содержание
АнкорКоролев. Скандинавская мифология. Энциклопедия.pdf
Дата10.04.2018
Размер8,11 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаKorolev_Skandinavskaya_mifologia_Entsiklopedia.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#43623
страница9 из 31
Каталогid17275610

С этим файлом связано 36 файл(ов). Среди них: Mestnoe_obezbolivanie_v_ambulatornoy_stomatologii_-_Kononenko_Yu, Karl_Sagan_Kosmos.pdf, Karl_Sagan_-_Kontakt.pdf, Karl_Sagan_Golubaya_tochka_Kosmicheskoe_buduschee_chelovechestva, Pat_Averill_Sylvester_Hickmon_Debra_K_Yaun_-_Colored_Pencil_Step, Morrell_Wise_-_Drawing_With_Colored_Pencils.pdf и ещё 26 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   31
Вверху – боги ищут сокровище рейнских дев
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iдо тех пор, покаты опять ко мне не вернешься Так в страшной моей беде кольцо мое я кляну!
Проклятие Альбериха начинает исполняться почти сразу. Вручая великанам золото, Вотан хочет припрятать кольцо, а когда Фафнер требует отдать перстень, бог заявляет,
что не сделает этого нив коем случае. И лишь мрачное пророчество богини земли Эрды, предрекающей закати гибель богов, заставляет Вотана расстаться с кольцом. Между тем
Фафнер ссорится с Фазольтом и убивает своего соратника,
чтобы тот не завладел перстнем.
Вагнер вводит в свой текст мотив, который отсутствует в скандинавском мифе, хотя и является вполне скандинавским по духу мотив всемогущества судьбы. Судьба определяет не только жизнь людей, но и поступки богов, и даже богине в силах изменить предначертанного ею. Проклятие
Альбериха сбудется независимо оттого, кто окажется владельцем кольца — человек или бог.
Правда, Вотан пытается обмануть судьбу и устраивает так, что на свет рождается герой, не ведающий страха витязь Зигфрид. Именно Зигфрид может добыть кольцо, вернуть его рейнским девами тем самым спасти себя и богов;
как говорит Альберих:
На бесстрашном слабеет проклятье мое:
он добычи не знает чар,
кольца мощь бесполезна глупцу
КРУГ ЗЕМНОЙ Но обстоятельства сильнее бога Зигфрид убивает дракона Фафнера, завладевает чудесным перстнем, однако вскоре гибнет и сама перстень по воле судьбы возвращается к русалкам Рейна. А боги — боги погибают в пламени пожара, охватившего небесный дворец Вальхаллу...
В сказании о кольце Нибелунга, как его излагает Рихард
Вагнер, есть одна любопытная деталь, которая напрочь отсутствует в суровом скандинавском мифе сковать кольцо власти может лишь тот, кто откажется от любви. Такое под силу лишь уродливому, отвергнутому и осмеянному Альбе- риху. Иными словами, власть и любовь — понятия несовместимые разумеется, тут сказывается влияние Галантного века, темное средневековье не знало подобного противо- поставления.
Сигурд сражается с Фафниром. Деталь деревянной резьбы XIII в.
Из церкви Старкирба (Норвегия
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ В XX столетии предание о проклятом золоте трансформировалось в современный миф — именно так, поскольку эпопея Дж. Р. Р. Толкина Властелин Колец по силе общественного воздействия вполне претендует название свода современной мифологии. В своем произведении Толкин использует мифологему Кольца Всевластья, в которое превратилось скандинавское мифологическое кольцо, приумножающее богатство. Впрочем, принцип
«богатство — это власть известен с древнейших времен;
скандинавы мифологических времен понимали его буквально и потому для них богатство и власть были понятиями тождественными. Толкин лишь «модернизировал»
средневековое скандинавское представление в соответствии с нынешними реалиями.
Толкин опускает мотив проклятого золота. У него нет ни слова о сокровищах нибелунгов, которые кто-либо похищает. Все гораздо прозаичнее — и вместе стем страшнее.
Главный антагонист Добра, Саурон, верный прислужник злого бога Моргота, вначале был одним из майяров — в божественной иерархии Толкина майяры выступают отдаленным подобием христианских архангелов. Если проводить аналогию и дальше, то, пожалуй, именно в образе Сау- рона, а не Моргота гораздо больше от библейского Люци- фера. Обманом завоевав доверие эльфов, Саурон вместе сними стал ковать кольца власти (именно кольца — всего их насчитывалось двадцать. Втайне от эльфов он выковал
Первое Кольцо, могущественнее всех остальных. Как гласит стих, предваряющий трилогию
КРУГ ЗЕМНОЙ Эльфам — Три Кольца — во владенья светлые.
Гномам — Семь Колец — в копи горные.
Девять — Людям-Мертвецам, ибо люди — смертные.
И Одно — Владыке Тьмы, в земли черные В Мордор, где таятся силы тьмы несметные.
В том одном Кольце — сила всех колец,
Приведет в конце всех в один конец В Мордор, где таятся силы тьмы несметные
1
Саурон приложил руку к ковке Семи и Девяти колец,
потому эти кольца и их владельцы беспрекословно подчинялись могуществу Первого кольца. Что же касается трех эльфийских колец, их выковали безучастия Саурона, поэтому сила Трех осталась незамутненной.
Вряд ли имеет смысл пересказывать легенду о Кольце
Всевластья, о том, как оно было потеряно и найдено вновь и как его уничтожили эта легенда хорошо известна всем,
знакомым с творчеством профессора Толкина (а незнакомых с этими произведениями ныне можно встретить редко. Напомним лишь, что магической силе Кольца Всевла- стья противостоять не может никто — ни человек, ни хоб- бит, ни эльф, ни даже маг.
Читавшим Властелина Колец наверняка памятен диалог Фродо и Гэндальфа впервой книге Хранителей Да как же я Ты, Гэндальф, ты и сильный, и мудрый. Возьми у меня Кольцо, оно — тебе Нет — вскрикнул Гэндальф, отпрянув. — Будь у меня такое страшное могущество, я стал бы всевластным Перевод В. Воседого. — Примеч. ред
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iрабом Кольца. Ужасен Черный Властелина ведь я могу стать еще ужаснее. Кольцо знает путь к моему сердцу,
знает, что меня мучает жалость ко всем слабыми беззащитным, ас его помощью — о, как бы надежно я их защитил, чтобы превратить потом в своих рабов. Не навязывай мне его Яне сумею стать просто хранителем, слишком оно мне нужно.
Кольцо Всевластья развращает любое живое существо и подчиняет его своей воле зов Кольца настолько силен, что ему невозможно противиться сила Кольца столь велика, что для владельца, кем бы тот ни был,
очень сложно расстаться с ним хотя бы на мгновение;
благодаря ему все представляется в искаженном, уродливом виде:
Фродо неохотно вытащил Кольцо. Но едва Бильбо протянул к нему руку, Фродо испуганно и злобно отшатнулся. С неприязненным изумлением он внезапно заметил, что его друг Бильбо куда-то исчез передним сидел сморщенный карлик, глаза у карлика алчно блестели, а костлявые руки жадно дрожали. Ему захотелось ударить самозванца.
Мелодичная музыка вдруг взвизгнула и заглохла — у
Фродо в ушах тяжело стучала кровь. Бильбо глянул на его лицо и судорожно прикрыл глаза рукой.
Кроме того, Кольцо служит как бы мостом между двумя мирами — реальными призрачным. Раненный моргульским клинком Фродо постепенно переходит из одного мира в другой
КРУГ ЗЕМНОЙ Объясни мне, почему они такие опасные, эти Черные Всадники попросил Фродо.— И что они хотели сделать со мной Они хотели пронзить твое сердце моргульским клинком ответил Гэндальф.— Обломок клинка остается в ране и потом неотвратимо двигается к сердцу. Если бы Всадники своего добились, ты сделался бы таким же призрачным, как они, но слабее — и попал бы под их владычество. Ты стал бы призраком Королевства Тьмы, и
Черный Властелин тебя вечно мучил бы за попытку присвоить его Кольцо. хотя вряд ли найдется мука страшнее, чем видеть Кольцо у него на пальце и вспоминать,
что когда-то им владел ты.
И символично, что уничтожить Кольцо — пускай и против собственной воли — помогает тот, кто сильнее всех (разумеется, после Саурона) стремился им завладеть Голлум. Вспомним эту сцену Фродо стоит на краю Роковой расселины, над ревущим пламенем, в которое он должен бросить Кольцо и понимает, что не сможет этого сделать. И тут на него набрасывается Голлум...
Короткая схватка, Голлум откусывает Фродо палец с
Кольцом, теряет равновесие — и падает в расселину вместе со своей прелестью. Когда бы не Голлум, Фродо не сумел бы истребить Кольцо.
Известно, что Толкин не любил Вагнера и весьма неодобрительно относился к вагнеровским толкованиям гер- мано-скандинавской мифологии. По сообщению биографа писателя Х. Карпентера, «Толкина всегда беспокоило сравнение Властелина Колец с творчеством Вагнера, и однаж-
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИ Яды он сказал Общего у этих колец только то, что оба они круглые”».
Между тему обоих колец можно найти больше общего,
чем признавал Толкин: оба кольца символизируют власть,
возбуждают стремление к власти утех, к кому попадают, и т. д. Кроме того, у обоих колец общие предки из герма- но-скандинавской мифологии. Однако могущество кольца у Вагнера берется извне в отличие от Кольца Всевластья,
оно не обладает собственной силой или силой своего создателя. Вдобавок имеется еще одно существенное различие. Вагнеровское кольцо всего лишь возбуждает в своем владельце стремление к наживе и — опосредованно — к власти. У Толкина же Кольцо Всевластья действует значительно более тонко, играя на желаниях и тайных мечтах своих хранителей * С исчезновением вводах Рейна проклятого золота карлика Андвари завершилась мифологическая история
Скандинавии: боги сгинули в пламени мирового пожара,
пали герои, чей род восходил к богами чьи деяния были в известной степени сродни божественным. На смену этим героям пришли исторические (или квазиисторичес- кие — как угодно) персонажи Атли, то бишь гуннский вождь Аттила, Тидрек, он же германский военачальник
Дитрих Бернский, Йормунрекк, он же готский предводитель Эрманарих, и другие. А следом, вытесняя эпическую традицию, по всей Скандинавии распространилась новая литература — литература саг. Саги королевские, саги ро
КРУГ ЗЕМНОЙ iдовые, пряди об исландцах, или бытовые саги единственным напоминанием о славных делах прошлого остались так называемые саги о древних временах. Но и они постепенно утрачивали самобытность — отчасти под влиянием христианства, все крепче утверждавшегося на скандинавских землях, отчасти под влиянием латинской книжной культуры, которая принесла в Скандинавию прежде неизвестные сюжеты общеевропейского свойства отсюда — такие сочинения, как Всемирная сага»,
«Сага о римлянах, Сага об иудеях, Сага о троянцах»,
«Сага об Александре, Сага о Карле Великом и его витязях Младшая Эдда» и Круг Земной Снорри Стурлусо- на подвели итог скандинавской мифопоэтической традиции. Миф завершился — был искоренен огнем и мечом,
как в Норвегии, где новую веру усердно насаждали на рубеже веков конунги Олав сын Трюггви и Олав Святой, или по уговору, как в Исландии, где в 1000 году альтинг (всеобщее собрание) принял решение о повсеместном принятии христианства.
То, что прежде считалось незыблемой истиной и сугубой реальностью, постепенно отступило в область народных суеверий и фольклорных текстов. Рвением христианских священников некогда могучие боги превратились в демонов (так, Одина низвели до предводителя демонической
Дикой Охоты, герои эпоса перекочевали в баллады, грозные противники богов йотуны стали туповатыми троллями из сказок, а искусные цверги видоизменились в скуповатых гномов.
Впрочем, не все так печально. Чем дальше в прошлое отступают мифические времена, тем весомее становится
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iпервоначальный миф, заботливо сохраненный средневековыми книжниками и воскрешенный романтиками, возрождавшими народную культуру. Утратив внешнюю динамику и преобразившись в фольклор, миф вполне сохранил динамику внутреннюю, которую, будем надеяться, нами удалось очертить на этих страницах
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
ПОД СЕНЬЮ МИФА
От редакции
Девятнадцатое столетие заслуженно считается золотым веком фольклористики. Романтическое движение сего преклонением перед народной душой, воплощенной в мифологии и фольклоре (сам термин фольклор был изобретен в 1848 гс одной стороны и сравнительное языкознание, выявившее единую индоевропейскую основу европейских языков и санскрита
(«пра-язык») и предложившее новый метод научного исследования с другой стороны, в немалой степени способствовали возникновению устойчивого интереса к народному творчеству. Этому столетию мы обязаны фундаментальными трудами, которые и посей день остаются непревзойденными по своей полноте, масштабности филологических изысканий и сопоставлений и широте охвата материала.
К вершинам фольклористики XIX столетия принадлежат прежде всего работа немецкого ученого Якоба Гримма Германская мифология, труды английских ученых
Т. Кейтли Волшебная мифология («Fairy Mythology», 1828) и
Эдуарда Тайлора Первобытная культура («Primitive Culture»,
1871), грандиозное по размаху исследование русского филолога
Александра Николаевича Афанасьева Поэтические воззрения славян на природу (Имя Бенджамина Торпа, английского филолога, изучавшего англосаксонскую литературу, право и историю, известно значительно меньше, нежели имена его собратьев по перу. Между тем книга
Торпа Северная мифология («Northern Mythology», 1851) принадлежит к числу основополагающих трудов по фольклористике вообще и по фольклору скандинавских стран, Германии и Нидерландов в частности.
Едва лине первым среди европейских ученых Торп объединил водной книге мифологическое и собственно фольклорное иссле-
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iдования, опираясь в известной мерена опыт Я. Гримма, который в своей Германской мифологии неоднократно использовал народные предания в качестве иллюстраций к мифологическим текстам.
Кроме того, Торп ввел скандинавскую традицию (которой Гримм пренебрег как не относящейся к традиции германской, а другие исследователи затрагивали лишь фрагментарно) в общеевропейский фольклорный контекст его работа изобилует сопоставлениями скандинавских мифов и преданий с мифами германских племен, с героическими и волшебными преданиями англосаксов, французов, континентальных германцев и даже славян. По замечанию Жаклин
Симпсон, автора предисловия к современному изданию Северной мифологии, Торп сделал для Скандинавии тоже самое, что его предшественник Гримм — для Германии.
В настоящем издании использованы собранные и откомменти- рованные Б. Торпом предания скандинавских народов. Перевод выполнен Г. Соловьевой (Норвегия, Дания) и О. Пискаревой (Швеция) под редакцией и с комментариями Д. Афиногенова.
Глава НОРВЕЖСКАЯ ФОЛЬКЛОРНАЯ
ТРАДИЦИЯ
Туссеры. — Ульдра. — Йутулы. — Мост йутула. — Гур-
ри Куннан. — Корона невесты. — Повитухи и волшебная мазь. — Рог Ойстада. — Ниссе. — Вервольфы и
мары. — Духи. — Сага о людях с Песчаного берега. —
Нок. — Кваренкнурре. — Птица Гертруды. — Дикая
Охота. — Морской народ. — Морские змеи. — Эрик
Понтопидиан. — Драконы. — Святой Олав. — Первая
церковь в Норвегии. — Святой Олав и тролли. — Ведь-
ма-сигне.
В Норвегии подземные жители — а под этим названием фигурируют турсеры (туссеры), веттиры и гномы, а иногда также ульдра, ниссе и эльфы — чрезвычайно мно- гочисленны.
Туссеры, или тролли, ростом с человека и населяют горные хребты и холмы. Прежде их было так много, что христиане, желавшие поселиться в Норвегии, вынуждены были вступать сними в брак. У них, как и у людей, есть дома, церкви, имущество и прекрасный скот, который пасется по ночам под присмотром пастушек и черных собак. Туссеры хороши собой, но бледны лицом и телома иногда имеют синюю кожу. Активнее всего они после захода солнца, в су
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iмерках (тус-морк). В эту пору не рекомендуется проходить мимо их поселений, откуда слышится чудесная музыка.
Особенно опасно это для молодых девушек, которых туссе- ры очень любят. Нередко случалось, особенно в старину, что они заманивали юных дев в холмы и горы. Любят они и маленьких детей и часто подменивают их на собственных, которые не так красивы и плохо растут. Но крестили стальной предмет, положенный в колыбельку, отлично защищают от подмены.
По поводу этих сверхъестественных существ распространено поверье, что Господь сбросил их с небес и эти падшие ангелы рассеялись, кто в воздухе, кто по земле, кто в водах.
Такое же поверье относительно фейри бытует в Ир- ландии.
Ульдра, или улла
По всей Норвегии рассказывают о сверхъестественном существе, обитающем в лесах и горах и называемом ульдра,
или улла. Оно выглядит как красивая женщина и одето обычно в синее платье, с белой лентой в волосах его отличительная особенность — длинный хвост, вроде коровьего,
который оно старательно скрывает от людей. Ульдра любит домашних животных, и у нее целое стадо красивой, упитанной скотины. Весь скоту нее безрогий.
Однажды ульдра пришла на праздники каждый хотел потанцевать с красивой незнакомкой. Однако посреди праздника парню, пригласившему ее на танец, попался на глаза выглянувший из-под платья хвост. Он сразу догадался, с кем танцует, и порядком перепугался, однако скрыл страхи, не желая выдавать ее, сказал только Красавица, ты потеря
ПОД СЕНЬЮ МИФА iешь подвязку Ульдра тут же исчезла, но впоследствии вознаградила юношу подарками.
Представления об этом создании довольно сильно различаются в разных частях Норвегии. Кое-где ее описывают как красавицу с полой спиной. В других местах она известна под именем скогснерте; говорят, что она вся синяя и одета в зеленое платье, подобно шведской скогснуфвор. Ее песни звуки, которые часто слышатся в горах, — звучат гулко и печально, что отличает их от музыки других подземных жителей, которая, по словам слышавших ее, весела и чарующа. Однако не всюду ульдра считают одинокой лесной нимфой часто рассказывают об ульдренах, или народе ульдра, который живет в горах и практически идентичен подземному народу. В Хардангере ульдрены всегда одеты в зеленое, а скотина у них голубая. Чтобы поймать корову ульдра, взрослый человек должен перебросить через нее свой пояс. Она будет давать очень много молока. Ульдра пользуются заброшенными горными пастбищами и приглашают людей в свои курганы, откуда слышится прекрасная музыка.
Поверье об ульдра очень древнего происхождения. Еще в 1205 году супруга конунга Магнуса Лагабатера, задержанная в Бергене противным ветром, прослышала, что исландец Стурли Тордсен считается прекрасным рассказчиком,
и попросила его рассказать ей сагу об ульдра-великанше.
Слово, по-видимому, происходит от древнескандинавского
— ублажать, умилостивлять».
1
Ульдра живут в горах и долинах им принадлежит все богатство и красота Севера и вся его печаль. Тому свидетельство песни ульдра, которые нельзя слушать без слез. Примечание
Б. Торпа. — Ред
СКАНДИНАВСКАЯ МИФОЛОГИЯ iiЙутулы игорные великаны
Йутулы огромного роста и очень сильны. Они живут в самых высоких горах, где скрывают богатые сокровища. Йутулы злобны, ненавидят церкви и колокольный звони жадны дохристианской крови. Когда приближается буря или вихрь завывает в скалах, они так трясутся в своих горах, что начинают звенеть горшки и котелки, в которых жены йутулов готовят ужин. По всей стране можно найти предания об этих чудовищах и увидеть в горах следы их ног.
Ни одно из сверхъестественных созданий Севера не носит столь явного отпечатка древности, как великаны- йутулы.
Сравнивая простонародные предания с древней мифологией, нетрудно узнать в йутулах йотунов — противников богов и людей, великанов, с которыми непрерывно сражается могучий бог грома Тор. Йотуны в скандинавской мифологии олицетворяют хаос, владычествуют над темными холодными областями земли, чураются дневного света и от солнечных лучей превращаются в камень.
Великанши на древнескандинавском назывались
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   31

перейти в каталог файлов
связь с админом