Главная страница
qrcode

А.Покровский - Растрелять. Александр Михайлович Покровский Расстрелять!


НазваниеАлександр Михайлович Покровский Расстрелять!
АнкорА.Покровский - Растрелять.doc
Дата23.09.2017
Размер1,47 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаА.Покровский - Растрелять.doc
ТипДокументы
#26102
страница9 из 59
Каталог
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   59

Картина навсегда



В глазах застыла картина навсегда: центральный пост атомного ракетоносца; размеренно и тихо; все по углам; лодка у пирса; послеобеденное время; все переваривают; в едином временном измерении; дремотно.

Вдруг в центральный — ни с того ни с сего — влетает старпом и, наклонившись, орет:

— Суки! Суки! Суки! Все — суки!!! У‑у‑у, ё‑ёлки! — и убегает.

Все застывают. Замирают. Соображают. Думают про себя. Онемело. Остекленело. Минуту, наверное.

Наконец, мимо, внося с собой жизнь, проходит вахтенный: он пришёл из другого отсека, не присутствовал.

Словно подуло. Потихоньку отпускает. Дышится. Движения свободней. Дежурный говорит матросу:

— Ты в трюме был? Давай рысью туда.

Тот в трюм.

Все оживает, восстанавливается и — потекло; размеренно; чинно; послеобеденное время; хорошо; опять все переваривают…

Дезертир




Командиру в/ч 34567.

Объяснительная

Я, лейтенант Козинцев Сергей Николаевич, настоящим докладываю, что 19‑го числа сего месяца я самовольно сошел с корабля и убыл в город Владивосток. Ушел я в 15.00, отсутствовал двое суток и прибыл на корабль 21‑го сентября в 24. 00.

У меня не было не терпящих отлагательства обстоятельств, ушел с целью, трудно это передать на бумаге, с целью обратить на себя внимание.

Правильнее было бы сразу поговорить с командованием корабля и доложить ему о своих настроениях. Но мне показалось, что после моей поездки, разговор будет серьезнее и конкретнее.

Дело в том, что я не хочу служить в Вооруженных Силах СССР. Об этом я думал ещё в училище. Но там я думал: стерпится‑слюбится. Теперь, после того как я уже месяц прослужил в части, я пришёл к выводу, что нет больше смысла мучиться самому и отвлекать командование от прямых обязанностей. Я допускаю мысль, что через два‑три года я могу свыкнуться со службой, но я не хочу так служить. Может быть, я в подсознании где‑то испугался, но поймите, так служить не хочу. Вероятно, это будет не нужно ни мне, ни флоту.

На флоте есть свои трудности, свои определенные условия, но вся эта система, система начальника и подчиненного, многое, как мне кажется, в ней не нужно, бессмысленно. Я подчеркиваю — мне кажется. Скорее всего, я не прав, но я имею свой взгляд и хочу его придерживаться, не хочу его ломать.

В заключение могу добавить, что мне не нравится отвратительное слово «дезертир», но ещё хуже прожить всю жизнь, в чем‑то каясь. Я не жалуюсь. Я готов отвечать за свои поступки, но мне не хочется идти по службе через пьянки, самовольные отлучки и разыгрывать из себя какого‑то падшего человека.

22.09.79.

Лейтенант Козинцев.

ФЛОТ



в выражениях, междометиях, афоризмах,

в вопросах и ответах, в бессвязных выкриках…
— Что это у вас?

— Это усы, товарищ капитан первого ранга!

— Это не усы, это трамплин для мандавошек.

— Сгниешь на «железе», сгниёшь!.. А я говорю, сгниёшь!.. Да… а вы думали, здесь что?.. Что вы думали?..

— Чего вы тут сявку раз‑зявили?! Что вы тут сидите… молью! Я вам тут что?! Что?!! Я вас‑с‑спрашиваю!!! Мал‑чи‑те!.. Лучше!!! Я вам верну дар речи, когда это нужно будет!!! Если хотите со мной говорить, то молчите!..

Абсолютно новый крик:

— Что вы тут ходите!.. Ногами!.. С умной рожей!.. Па‑дай‑ди‑те сюда… я вам верну человеческий облик!..

— …по‑ротно… на одного линейного дистанции…

— …Ссс‑чет! — Раз! — Ииии‑раз!!!

— …Поздравляю вас…

— Уууу‑ррр‑ааа!!!…

— Эй, сколопендра!

— Это вы мне?..

— А кому же! Ползи сюда!..

— Что вы мечетесь, как раненная в жопу рысь! Вы мичман или где?..

— Слушай, что стряслось во вселенной? Умер кто‑нибудь из высшего командования или съели твой завтрак?

— Где ваш конспект?

— Сильные не конспектируют…

— Кто вы такой?! Кто вы такой, я вас спрашиваю?! Вот доложите: кто вы такой?!

— Что вы тут разматываете сопли по щекам?! Что вы тут роняете пену на асфальт?! Га‑ва‑ри‑те члена‑раздель‑на! Члена‑раздельна! Каждый свой член в раздельности…

— Где ваш план? Что вы мне подсовываете здесь постоянно?! Это что?! План?! Почему за месяц?! Где за год?! Восстановить немедленно! Жизнь без плана — жизнь впустую!..

— Что вы тут опять написали? Липа должна быть липовой, а не дубовой. Поймите, дело может стоять, но журнал должен идти…

— Что такое флотский смех? Это когда по тебе промахнулись.

— И все‑таки, а какова преамбула?

— Че?..

— Преамбула… говорю, какова?

— Че?..

— Дадада!.. Да! Те же яйца, только в профиль! Значить так! Задернить! Восстановить методом заливания! Нештатные тропинки уничтожить! Ямы защебенить! Для чего достать щебенку! Озеро одеть в гранитные берега. Назначаю вас старшим над этим безобразием. Горячку пороть не будем. К утру сделаем.

Через три часа, когда ты уже задернил:

— Так! Все! Дрова в исходное! Удалось отбиться: теперь это не наш объект.

— Видишь ли, Шура, замечания и традиции у нас с русско‑японской войны. А может быть, с Чингис‑хана… Не устранены ещё… И грань между замечанием и традицией такая стертая… что замечание легко переходит в традицию, а традиция… в замечание… Так что потом, когда мне говорят вот это: «славная традиция» или «беречь и умножать традиции… бережно сохранять»… я все думаю: о чем они говорят… бедные…

— У вас такое лицо, будто вы только что побывали в лапах нашей флотской организации…

— Не организации, а «долбо‑ледизма».

— А это как что?

— Дробь БП и долбить лед… до бетона…

— Личный состав, обалдевший от обилия вводных, действует ли по этим вводным?

— А как же! Аж пиджак заворачивается!..

— …и осуществили ремонт методом выхода из дверей…

— Боже мой, сколько не сделано… сколько не сделано… а сколько ещё предстоит не сделать…

— Кяяк сейчас размажу… по переборке! Тебя будет легче закрасить, чем отскрести…

— Говорят, подводнику положено десять метров дополнительной жилой площади. Есть постановление…

— Это только после увольнения в запас…

— Чтоб лечь и умереть спокойно…

— Только не квадратной, а кубической…

— Что это за корыто на вас?

— Это фуражка, товарищ капитан первого ранга!

— Бросьте её бакланам, чтоб они её полную насрали…

— Товарищ капитан третьего ранга, а когда нас накормят?

— Вот если б ты питался от моей груди, то был бы всегда сыт…

— Па‑че‑му не гла‑жён?! Почему?! (По кочану, вот почему.) Времени не хватило?! Я вам найду время? Лучше б ты в море упал. Наберут отовсюду не поймешь каких трюмных!..

Начальник физической подготовки и спорта — флагманский мускул — доложил: «Слишком много у нас больных!»

Принято решение: впредь больных вместо физзарядки выводить на прогулку с… ломами! И знаете, больные резко сократились.

«Ч‑т‑о ж т‑ы с‑п‑и‑ш‑ь, с‑о‑б‑а‑к‑а, т‑ы ж г‑е‑р‑м‑а‑н‑с‑к‑и‑й к‑о‑н‑ь… — между прочим, из германского героического эпоса». — «А из японского можешь?» — «Могу: Ч‑т‑о ж т‑ы с‑п‑и‑ш‑ь, с‑о‑б‑а‑к‑а, т‑ы ж я‑п‑о‑н‑с‑к‑и‑й к‑о‑н‑ь…»

— …Великое, старина, — это простое… Простое, старина, — это плоское… Великое — это плоское, старина…

— Ты мешаешь мне правильно реагировать на те порции света и тепла, которые исходят от солнца лично для меня…

— Ты знаешь, какая самая первая самцовская обязанность?

— ?

— Метить территорию. О‑собыми выделениями о‑собой тер‑рриториальной железы… Выходишь… ежедневно и… метишь…

— И последнее, товарищи! Так, с хвостов, встаньте в каре. И последнее. Командующий требует спокойствия и выдержки. В ходе инспекции десять человек сымитировали повешение. Трое доимитировались до того, что повесились…

— Ну как ваш новый зам?

— Видишь ли, Шура, в детстве его так сильно напугали «бабайкой», что ещё с колыбели в ответ на «Коза идет, коза идет» он научился приставлять ладонь торцом к переносице.

— Наберут трусов на флот, а потом хотят, чтоб они умирали гер‑роями…

Цок, цок, цок.

— Доложите в центральный: прибыл гражданский специалист к радистам.

— Цэнтралный. Прышол дэвишка, хочет радыстов.

— Я не девушка, я гражданский специалист. К радистам.

— Цэнтралный… ана нэ дэвишка… ана хочет радыстов.

— В пять утра прибыть в казарму!

— Мда‑а…

— Не успели с моря приплыть — на тебе…

— Сейчас почти час, в два — дома, в три — на жене, в пять — в казарме…

— Вот они, пассаты, дующие в лицо…

— Мама моя, лучше б я назад в море ушел или в говно упал.

— Страна ты моя Дуремария…

— Вы что‑то сказали или мне показалось?

— Вам показалось…

— Ночь. Везде темно. И только в Стране Дураков загорался свет…

— А в Абрам‑мысе водку по прописке продают…

— Иди ты! А где её берут?

— Кого? Водку?

— Нет, прописку…

— Внимание, товарищи! Командующий флотом объявил оргпериод флоту! С сегодняшнего дня — якорный режим. Сход запрещен. Экипаж на борту. Сходню сбросить!

— Мать моя женщина, опять семья на якорном режиме…

— Жалуйтесь. В лигу защиты сексуальных реформ…

— Никак не пойму, это что — домой сегодня не пустят?

— Плохо быть деревянным…

— Не‑ет, флотом управляют двоечники…

— Вы хотите сказать, что командующий флотом — двоечник?

— А разве командующий флотом управляет флотом?..

— А мне ещё двенадцать лет вот так просидеть на оргпериоде — н все!

— Помрешь, что ли?

— Пенсия…

— А‑а…

— А американцы вообще говорят: «Войну им объявим, но не начнем. Они себя сами задолбают оргпериодами…»

Крыса попалась в петлю. Её повесили в боевой рубке с биркой: «Повесилась в результате якорного режима».

— Я вас категорически приветствую. Прошу разрешения подержаться за вашу мужественную руку. Как ваше драгоценное для флота здоровье?

— Безнадежно здоров. Годен только к службе на подводных лодках. Место службы изменить нельзя. У нас нет оснований для беспокойств и переводов. А списывают с плавсостава теперь по двум статьям: трупные пятна и прободение матки.

— Ну с маткой, я думаю, у нас все в порядке.

— Слушай, что это за козёл ходил с вами море удобрять?

— Из института. Мы с ним три вахты проговорили. Я думал, он серьезный мужик, а он кандидатскую пишет…

— «Есть», «так точно», «никак нет» и «ура!» — четыре слова, отпущенных военнослужащему. Как из них сделать кандидатскую диссертацию? Не понимаю…

— Мужики, слушайте, что пишут в нашей любимой газете, удивительное рядом, докладываю близко к тексту: «Крейсер. Ночь. Корабль спит. Устало дышат кубрики. Затихли орудийные стволы. Легкий бриз. Лишь одно окно освещено. Это окно замполита. Стук в дверь. На пороге — старшина трюмный, старшина первой статьи Перфильев.

— Разрешите, товарищ капитан третьего ранга?

— Проходи, проходи… Перфильев…

— Вот, задумка есть, товарищ капитан второго ранга, как бы мне вывести свою команду в отличные?.. — и ещё долго‑долго не тушился свет в каюте замполита».

— Во дают, растудыт её в качель… живут же люди… к замполиту тянутся…

— А наш хрючит по ночам, как трофейная лошадь, аж занавески развеваются…

— Почему у вас начштаба зовут Бамбуком?

— Потому что деревянный и растет быстро.

— Факт, как говорится, на лице; я не хочу, чтоб он был у вас на лице.

— Я сейчас соберу узкий круг ограниченных людей; опираясь на них, разберусь как следует и накажу кого попало.

— Я теперь, порой, иногда даже думаю с ошибками.

— Если нет мозгов, бери блокнот и записывай! Я всегда так делаю.

— Я вчера в первый раз в жизни подумал, осмотрелся, осмотрелся, взглянул на жизнь трезво и ужаснулся.

— Поймите вы, созерцательное отношение к жизни нам чуждо, чуждо… Этим занимались древние греки… и хрен с ними.

— Товарищ командир, прошу разрешения быть свободным.

— Вас освободила Великая Октябрьская революция.

— Товарищ командир, прошу разрешения на сход с корабля.

— А зачем?

— К жене.

— Дети есть?

— Двое.

— Остальное — разврат!

— Пачему бревно плавает ?!

Командир дивизии уставился в распорядительного дежурного (вахтенные, собаки, проворонили; чёрт, как он возник, неизвестно).

— Почему бревно плавает?

Распорядительный (в первый раз заступивший самостоятельно испуганный лейтенант с чахоточной грудью) испуганно приподнимается, вылезая из очков.

— Вы что… онемели?

— Так… (время идет).

— Я спрашиваю: почему плавает бревно?!!

— Так… удельный вес… этой… воды… он больше…

— Вы что, идиот?!

Лейтенант вздрагивает и смотрит долго.

— Идиот?!!

Лейтенант вздрагивает и смотрит долго.

— Почему… бревно… плавает?!!

Лейтенанта сняли, унесли, откачали, отжали. Комдив имел в виду акваторию, захламленную плавником.

Запись в личном деле: «Передан вместе с материальной частью».

1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   59

перейти в каталог файлов


связь с админом