Главная страница

Клэр Морралл Изумительное буйство цвета


Скачать 3,13 Mb.
НазваниеКлэр Морралл Изумительное буйство цвета
АнкорKler_Morrall_-_Izumitelnoe_buystvo_tsveta.doc
Дата16.09.2017
Размер3,13 Mb.
Формат файлаdoc
Имя файлаKler_Morrall_-_Izumitelnoe_buystvo_tsveta.doc
ТипДокументы
#19005
страница1 из 42
Каталогid12724297

С этим файлом связано 91 файл(ов). Среди них: Khrestomatia_po_chteniyu_khorovykh_partitur_Vypusk_3.pdf, Khrestomatia_po_chteniyu_khorovykh_partitur_Kazanski.pdf, Khrestomatia_po_chteniyu_khorovykh_partitur_-_Master.pdf, Khrestomatia_po_chteniyu_khorovykh_partitur_-_Khorova.pdf, Vagner_Zigfrid_klavir_angl.pdf, Rabota_nad_fugoy_-_metod_i_shkola_I_S_Bakha_VIII.pdf, Bakh_KhTK_t_2_urtext_Redaktsia_A_Kroytsa_i_G_Kellera_A_Kreutz_H_ и ещё 81 файл(а).
Показать все связанные файлы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   42

Клэр Морралл

«Изумительное буйство цвета»

Посвящается Алексу и Хитер

А все это оттого, что Небывалая страна всегда в известной мере походит на остров. Остров изумительного буйства цвета…Дж. М. Барри. «Питер Пэн»

1

Один взмах моей юбки

Каждый день, ровно в 3.15 пополудни, я растворяюсь в толпе воспитателей и родителей, встречающих детей около школы. Без такого ожидания я просто не представляю себе материнства. Всех этих мам и иногда встречающихся пап я вижу в желтом цвете. Они желтые, как солнце, как нарциссы, как желтая субмарина. И почему мы учим детей рисоватьсолнце желтым? Это обман. Солнце раскаленно-белое, сверкающее, на него невозможно смотреть невооруженным глазом. Зачем же мы подменяем слепящий блеск желтизной?

Эти люди у школьных дверей желтые из-за присущего им оптимизма. Передо мной картина: утро, кухня, солнце сквозь желтые льняные занавески освещает деревянный стол, где сидят и завтракают дети. У них пухлые, крепенькие ручки и спутанные после сна волосы. Они едят кукурузные хлопья, пьют молоко и просят, чтобы в коробочки для школьного завтрака им положили шоколадное печенье. Это утро их детской жизни, и мамы живут этой новой утренней жизнью благодаря им.

После шести недель таких ожиданий я начинаю узнавать отдельные лица, выделять их из залитой желтым цветом толпы. Теперь, когда я прихожу, они, узнавая меня, улыбаются и начинают заговаривать со мной. Я не говорю ничего, хотя люблю слушать их.

Несколько дней тому назад я пришла позже обычного, когда дети уже выходили. Рванулась вперед и, чуть не упав на чью-то коляску, столкнулась с девушкой. Я видела ее раньше: au pair[1],она всегда забирает мальчика и девочку.

— Извините, — повторила я несколько раз, обращаясь по очереди к каждому. Девушка выпрямилась и улыбнулась.

— Ничего страшного, — сказала она.

Я улыбнулась в ответ.

— Я — Элен, — смущаясь, произнесла она. — А как вас зовут?

— Китти, — сказала я, немного помедлив, но так и не придумав другого выхода.

Теперь мы разговариваем как старые знакомые.

— Привет, Китти, — говорит она.

— Привет, Элен, — отвечаю я.

— Хороший сегодня день.

— Да, очень тепло.

— А я забыла развесить белье.

— Вот обидно.

Наши разговоры не выходят за определенные рамки: короткие предложения — один предмет, одно действие. Ничего сенсационного, ничего особенно важного. Мне нравится их беспредметность. Они похожи на легкое скольжение по поверхности, как будто ты на водных лыжах, ветер свистит в ушах, а ты и не думаешь о том, что будет, если ты повернешь не туда и оторвешься от лодки. Мне нравится эта простая вера, это ощущение бесконечного продолжения, без остановки и падения.

— Откуда вы родом? — спрашиваю я Элен однажды. Мне трудно это определить по ее акценту.

— Из Франции.

— О, Франция! Я была там только один раз. Мне было шестнадцать, мы ездили на экскурсию со школой. Каждый раз, когда мы ехали на пароме, меня тошнило. А один раз — прямо на ступеньках. Потом все, кто по ним спускался, поскальзывались. Я понимала, что это моя вина, но ничего не могла поделать. Ведь люди не могли не ходить по ступенькам.

Рядом с нами стоит еще одна мама с малышом в сидячей коляске. На мальчике шапка в желто-черную полоску с помпончиком, а его маленькие толстые щечки блестят румянцем. У него в руках пакетик с чипсами «Вотситс», и он старается запихнуть их в рот как можно быстрее. Голова качается вверх-вниз, и из-за этого он чем-то похож на шмеля, собирающегося взлететь.

— Джереми, дорогой мой, — говорит ему мама, — сначала скушай один кусочек и только потом принимайся за другой.

Секунд пять он обдумывает ее наставления, а затем продолжает пихать все в рот точно так же, как и раньше.

Она оборачивается к Элен:

— Из какой области Франции?

Элен приятно, что ее спрашивают.

— Из Бретани.

Это место наверняка знает Джеймс. Раньше он ездил во Францию каждое лето. Отпуск с родителями.

Из школы выходит мальчик, которого встречает Элен. На нем расстегнутая красная куртка с капюшоном, а за спиной ярко-зеленый рюкзак в форме крокодила. Чешуйчатые лапы обхватили мальчика сзади и сомкнулись спереди; при каждом его шаге крокодил ухмыляется, то обнажая, то пряча ровный ряд зубов.

— Привет, Тоби, — говорит Элен.

— Ты принесла «Смартиз»? — Его интонации требовательные, уверенные. Он обращается к Элен с оттенком превосходства.

Элен извлекает пакетик с шоколадной карамелью.

— Такие я не люблю. Мне нравится только «Смартиз».

— Хорошо, — отвечает она и убирает карамель обратно в сумку.

Мальчик в нерешительности.

— Ну ладно, — говорит он, вздыхая, и отходит поболтать с другом, засунув карамель себе в карман. Прямые светлые волосы спадают ему на глаза. Будь он моим, я бы уже давным-давно сводила его к парикмахеру.

Элен оборачивается ко мне:

— Пойдем домой вместе. Ты знаешь, где я хожу?

— Нет. Я живу совсем в другой стороне.

— Может, зайдем ненадолго в парк? Дети покачаются на качелях.

Конечно, она одинока. Понятно, трудно жить в Бирмингеме, приехав из французской провинции. Ей нелегко понять нашу речь, сообразить, сколько платить за проезд в автобусе, сколько готовить денег на проезд.

— Знаешь, мне пора возвращаться, — говорю я. — Муж будет ждать.

Она улыбается, притворяясь, что не расстроилась. Я смотрю на ее несчастную фигурку, удаляющуюся от меня вместе с детьми, и хочу быть той, кто может ей помочь, хотя понимаю, что я — не та. Она сделала неправильный выбор. Желтый цвет меняется. Я чувствую, как он становится каким-то перезрелым — резко пахнет увядающими нарциссами, появляется острый привкус тошноты.

По пути домой я вспоминаю, как меня встречали из школы братья. С тех пор прошло двадцать пять лет. Отец никогда меня не встречал. Он всегда был слишком занят: очень уж много носков нужно было перестирать, рубашек — перегладить. Я никогда не знала, кто из братьев придет. Адриан, близнецы Джейк и Мартин или Пол. Однако всегда была рада каждому. Пол, самый младший, старше меня всего на десять лет, и я испытывала какое-то особенное чувство оттого, что меня встречает брат-юноша, почти что мужчина. Они не были очень похожи друг на друга, но моя память создала некий собирательный образ брата. В ней не сохранилось его четкого портрета. Но осталось то ощущение радости, что я испытывала при появлении Брата.

— Китти! — звал меня обычно мой единый Брат, и я, шагая с ним рядом, чувствовала свою значительность, и пустая коробка из-под школьного завтрака весело постукивалав моем простом коричневом ранце.

Они все звали меня Китти — и братья, и отец. Вообще-то я была Кейти, но у нас раньше была кошка по имени Кити, и когда кто-нибудь звал ее, прибегала я. Эту шутку так часто всем рассказывали и с каждым разом она так разрасталась, приобретая новые краски, что теперь в моей голове она существует во всей своей полноте. А кошка, по их рассказам, была черной, прямо как мои волосы, с белыми усиками и голубыми глазами. Я часто пытаюсь вспомнить ее, и иногда это почти получается, но мое воспоминание становится похожим на неожиданно промелькнувший плакат: ты едешь мимо него в вагоне поезда — слишком быстро, чтобы разглядеть.

Кошку сбила машина, и она умерла; я осталась и заняла ее место.

У нас была еще и старшая сестра, Дина, но я никогда ее не видела. Она ушла из дома до того, как я родилась, поэтому я заняла еще и ее место. Я вполне подхожу для заполнения пустоты.

Через несколько дней Элен опять подходит ко мне около школы.

— Китти?

Я ей улыбаюсь, но чувствую, что опасность дает о себе знать каким-то свойственным ей одной запахом, поэтому ничего не говорю.

— Тебе не нужно будет спешить после школы?

Она отрепетировала эту реплику заранее, чтобы не сделать ошибки в английских временах.

— Я всегда спешу, — отвечаю я.

— Я только хотела узнать…

Жду, чувствуя, как все у меня внутри начинает дрожать. Мне нужно научиться прислушиваться к собственным внутренностям. Вот хоть желудок. Он редко меня обманывает.

— Можно я пройдусь с вами немного? Мне так хочется с кем-то подружиться. У меня совсем нет друзей в Бирмингеме…

Я понимаю, как трудно ей в Бирмингеме. Она старается говорить по слогам, но и при этом не выговаривает некоторые звуки. Ее голос замирает.

— Думаю, меня ждать не стоит. Генри всегда выходит из школы очень поздно.

— Не важно. Дети все равно будут заняты своими шоколадками.

Все мои доводы исчерпаны.

Из школы хлынули дети; они наталкиваются друг на друга, кричат, бегут, спорят. Среди них нет Генри. Генри, мой ребенок, мой мальчик, который никогда не появляется, хотя я так этого хочу. В конце концов остаемся только мы с Элен. Даже учителя уже разъезжаются в своих машинах.

— Да, ваш сын очень долго не идет, — говорит она.

Ее дети, расставив руки в стороны для равновесия, прохаживаются по низкому заборчику. Тоби расторопнее своей сестры и, стараясь поторопить ее, все время подталкивает сзади.

— Тоби, прекрати, — говорит Элен. — Вы можете упасть.

Дети не обращают на нее никакого внимания.

— Ему нравится помогать в библиотеке. — Я заявляю это весело.

— Я подожду, — отвечает она. — Так хорошо, когда есть с кем поговорить.

Я думаю про себя, что это совсем не так. Я не хочу, чтобы кто-либо был рядом.

Мы ждем еще пять минут.

— Знаете, — говорю я, — я пойду и поищу его. А вы идите домой. В следующий раз пойдем вместе.

Но она усаживается на край низенького заборчика.

— Я жду, — говорит она.

Иду к школе. Прямо перед главным входом оборачиваюсь и вижу, что она все еще там, неуклюже сидит на заборчике, не обращая внимания на детей. Я вижу, как Тоби сталкивает сестренку, слышу, как та разревелась, и вхожу в здание школы. Я ничего не могу со всем этим поделать.

Внутри, в коридоре, все стены увешаны фотографиями детей из школьного спектакля. Генри и Грета — нет, Ганс, а не Генри. Это же пряничный домик, и одна из стен вся из огромных «Смартиз», а другая из лакричных сладостей всевозможных сортов. Крыша покрыта шоколадной черепицей. А вот несколько фотографий ведьмы, скрючившейся под черной накидкой. Лицо девочки сморщилось под очками; понятно, как нравится ей этот маскарад. На какое-то время я останавливаюсь и рассматриваю фотографии Ганса и Греты. Одни в лесу, они крепко держатся за руки. Они стоят в одиноком луче света, окруженные темнотой, и от этого кажутся особенно маленькими. Их глаза очень большие, круглые и напуганные. Сразу понятно, что они заблудились.

Далее идут небольшие тексты, написанные от руки. Они пришпилены булавками к фиолетовому стенду. «Мой лучший друг» — это название, а под ним — нарисованные портреты лучших друзей.

Мой взгляд останавливается на имени Генри Вудалл, и я, помедлив, читаю:

«Мой лучший друг — Ричард Дженкинс. Он учится в моем классе, но он ездит в кресле-коляске, и мы его везде возим. Мне бы тоже хотелось иметь кресло-коляску. Мне кажется, что это так здорово…»

— Я могу вам чем-то помочь?

Я подскакиваю от неожиданности и, обернувшись, оказываюсь лицом к лицу с официально-строгой дамой.

— Извините, — оправдываюсь я. — Я искала своего племянника, но, видимо, пропустила его на выходе.

Она высокого роста, старше меня; на ней гофрированное платье оливкового цвета, длинное, почти до пят, сверху — бежевая шерстяная кофта. Я просто уверена, что это директор.

— Все уже ушли, — говорит она. — Как зовут вашего ребенка?

— Генри. Генри Вудолл.

— О, конечно! — Она позволяет себе слегка улыбнуться. Генри, должно быть, с характером. Точно как мой Генри. — Я видела, как он уходил из школы с мамой Тони Пекинса. Он знал, что вы придете за ним?

— Мы не договорились точно. Я сказала, что постараюсь прийти вовремя, если получится.

— Понятно. В следующий раз в подобной ситуации имейте в виду, что если у нас будет записка от мамы, то будет гораздо проще. Думаю, вы понимаете, что в наше время нужно быть очень осторожным в таких вопросах.

Я киваю.

— Конечно же, — соглашаюсь я.

— Вы знаете, где выход?

Я вновь киваю и направляюсь к главному входу. Дойдя до двойных дверей, я оборачиваюсь проверить, ушла ли она. Убедившись, что это так, я бегу по другому коридору в противоположном направлении, надеясь, что в здании больше никого нет. Здесь должен быть запасной выход. У меня не просто стучит в висках, а гудит, грохочет. Я пробегаю мимо рядов пустых вешалок, детских туалетов, опустевших классов. За любым углом я могу столкнуться с уборщицей.

Пожарная дверь: «ОТКРЫВАТЬ ТОЛЬКО В СЛУЧАЕ ЭКСТРЕННОЙ НЕОБХОДИМОСТИ».

Жаль, что не смогу запереть ее за собой. Это и есть случай экстренной необходимости. Потом кто-нибудь позаботится, чтобы ее заперли.

На детской площадке есть калитка с противоположной стороны. Я заставляю себя замедлить шаги и направляюсь к ней. Затаив дыхание, готовлюсь к неизбежной схватке. Ноничего не происходит. Я дохожу до калитки и выхожу через нее.

Тогда я снова пускаюсь бежать и не могу остановиться. Я все бегу и бегу, теперь уже по незнакомым улицам. Перебегаю дороги, не дожидаясь зеленого человечка светофора. Мелькают мамы с колясками, маленькие магазинчики. Все, я больше не могу. Я прислоняюсь к фонарному столбу, ловлю ртом воздух, чувствую, как сильно колет в боку. Наконец немного успокаиваюсь, начинаю дышать ровнее. Но в груди — это болезненное, саднящее ощущение. Через некоторое время я иду снова, медленно и осторожно, прямо к автобусной остановке. Сейчас я сяду на автобус и поеду в центр города, а потом пересяду на другой, поеду в противоположном направлении. Назад, к своей безликости.

На ступеньке автобуса я вспоминаю, что Элен осталась ждать меня около школы. А может, она вошла в школу и ищет меня. Чувство вины разрастается и заполняет меня всю. Элен сделала неправильный выбор.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   42

перейти в каталог файлов
связь с админом