Главная страница

Данилевский. Древняя Русь. Литература по гуманитарными социальным дисциплинам для высшей школы и средних специальных учебных заведений готовится и издается при содействии Института Открытое общество Фонд


Скачать 3,77 Mb.
НазваниеЛитература по гуманитарными социальным дисциплинам для высшей школы и средних специальных учебных заведений готовится и издается при содействии Института Открытое общество Фонд
АнкорДанилевский. Древняя Русь.pdf
Дата11.11.2018
Размер3,77 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаDanilevskiy_Drevnyaya_Rus.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипЛитература
#58108
страница14 из 34
Каталог
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   34
полюдья и (или, возможно, дани своеобразного государственного налога, расходовавшегося на содержание государственного аппарата — князя и его дружины. Сбор его, как считает сегодня, пожалуй, большинство историков, происходил ежегодно, для чего в ноябре, после того, как устанавливался зимний путь, князь с дружиной отправлялся в объезд подданных территорий. К апрелю он возвращался в столицу, везя с собой собранную дань. Во всяком случае, так выглядит полюдье в трактате Об управлении империей Константина Багрянородного (е гг. X в) — единственном сохранившемся его описании Зимний же и суровый образ жизни росов таков. Когда наступит ноябрь месяц, тотчас их архонты выходят со всеми росами из Киева и отправляются в полюдия, что именуется "кружением, а именно — в Славинии вервианов (древлян ?), другувитов (дреговичей ?), кри- витеинов (кривичей ?), севериев (север ?) и прочих славян, которые являются пактиотами [данниками] росов. Кормясь там в течение всей зимы, они снова, начиная с апреля, когда растает лед на реке Днепре, возвращаются в Киаву (Киев)»
17
Возможно, как предполагают М.Б. Свердлов и А. А. Горский, по- людье собирали сразу несколько отрядов, каждый из которых выезжал в свою землю. На такой порядок сбора дани указывает упоминание Константином Багрянородным нескольких «архонтов», отправлявшихся в полюдье и возвращавшихся в Киев в разное время, начиная с апреля. Ко времени правления Олега относятся и первые известия о некоем Законе Руском». Он упоминается в договоре Руси с греками 911 г Закон Руский» принято считать первым, не дошедшим до нас памятником восточнославянского права. В связи с чрезвычайно скудными данными о нем, сколько-нибудь ясная характеристика Закона
Руского» (в такой форме его название закрепилось в историографии)
152
затруднена. Возможно (исходя из понимания руси как дружины, речь шла о каких-то нормах (возможно, записанных, регулировавших отношения внутри дружины, а также между дружинниками и обеспечивавшей их всем необходимым служебной организацией. Действительно, по мнению большинства исследователей, Русская Правда сориентирована прежде всего на княжеское окружение. Как и всякое государство, Киевская Русь использовала силу, чтобы добиться подчинения. Основной силовой структурой была княжеская дружина. Однако жители Древней Руси подчинялись ей не только и даже не столько по принуждению, под угрозой применения оружия хотя, вспомним, что Олег сначала «
ïðèìó÷èâàåò
» племена, с которых получает дань, сколько добровольно. Они делали это более добросовестно, чем того требовала угроза наказания. Тем самым подданные признавали право князя подчинять их себе. Действия князя и дружины (в частности, по сбору дани / полюдья) признавались легитимными. Это, собственно, и обеспечивало возможность князю с небольшой дружиной управлять огромным государством. В противном случае свободные жители Древней Руси, чаще всего достаточно хорошо вооруженные, вполне могли отстоять свое право не подчиняться незаконным (на их взгляд, нелегитимным требованиям банды грабителей. Пример тому — хорошо известный прецедент убийства киевского князя Игоря древлянами (6453 / 945 г Сам Игорь, отправляясь к древлянам, очевидно, не мог представить, что кто-либо может оспаривать его право на получение дани, пусть даже превышающей обычные размеры. Потому-то князь и взял с собой только малую дружину. Интересно, что летописец, судя по всему, своим рассказом легитимирует право не починяться правителю, который нарушает негласный общественный договор о размерах и сроках сбора дани.
153
С восстанием древлян было связано событие, чрезвычайно важное в жизни молодого формировавшегося государства Ольга, жестоко отомстив за смерть мужа, была вынуждена установить уроки и погосты размеры и место сбора дани Тем самым впервые осуществилась одна из важнейших политических функций государства право формулировать новые нормы жизни общества, издавать законы. К сожалению, нам неизвестно, что представляли собой законы, установленные Ольгой для древлян. Первым же дошедшим до нашего времени памятником письменного права является Краткая Русская Правда е гг. XI в, Она является кодексом норм прецедентного права. Все эти нормы, видимо, регламентируют отношения в пределах княжеского (позднее также и боярского) хозяйства, вынесенного за пределы официальной столицы государства. Возможно, это определило и название самого памятника Правда роськая» (те. дружинная косвенным подтверждением такой догадки может служить то, что в ряде списков Русскую Правду продолжает Закон Судный модем. Именно в ней отразились новые социальные отношения, складывавшиеся между самими дружинниками, между дружинниками и служебной организацией, между князем и слугами, князем и свободными крестьянами-общинника- мине регламентированные традицией. Все остальное население Киевской Руси в жизни скорее всего продолжало руководствоваться нормами обычного права, нигде не записанными. Как отмечает
Л.В. Черепнин, общественная жизнь отдельных "родов" регулировалась "обычаями, "преданьями". Автор "Повести временных лет, ссылаясь на византийскую хронику Георгия Амартола, отличает письменный закон (исписан закон) от обычаев, которые люди, незнающие закона, воспринимают как предание, полученное от отцов закон безаконьником отечьствие мнится. Автор "Повести" выступает сторонником утверждения письменного "закона" (феодального права)»
21
Появление письменного права, скорее всего, было вызвано тем, что именно в княжеском окружении начали формироваться новые, нетрадиционные социальные отношения, не подпадавшие под обычные нормы. Основой официального, необычного законодательства могли выступать как переработанные традиционно нормы права, таки принципиально новые нормы, заимствованные скорее всего из наиболее авторитетного для князя и его окружения источника — Священного Писания. О том, что именно библейские нормы легли в основу письменного законодательства, можно судить хотя бы по очевидным параллелям статей Русской Правды и ветхозаветных текстов Не нарушай межи ближнего твоего, которую положили предки в уделе твоем, доставшемся тебе в земле, которую Господь Бог твой дает тебе во владение»
23
«Если кто застанет вора подкапывающего и ударит его, так что он умрет, то кровь не вменится ему но если взошло над ним солнце, то вменится ему кровь»
25
«Если в земле, которую Господь Бог твой, дает тебе во владение, найден будет убитый, лежащий на поле, и неизвестно, кто убил его, то пусть выйдут старейшины твои и судьи твои и измерят расстояние до городов, которые вокруг убитого и старейшины города того, который будет ближайшим к убитому...»
27
Как видим, нормы Священного Писания претерпели на древнерусской почве определенные изменения, что вполне естественно. К сожалению, до сих пор не изучены ни сами эти параллели, ните трансформации, которые произошли с библейскими правилами, возможно, при посредстве греческих законов — в Русской Правде (точнее, в Русских Правдах. Новым явлением в политической жизни стало разделение территории Древнерусского государства на сферы влияния между сыновьями киевского князя. В 970 г, отправляясь в военный поход на Балканы, киевский князь Святослав Игоревич посадил на княжение (фактически, в качестве наместников) в Киев своего старшего сына,
Ярополка, в Новгород — Владимира, а Олега — «
â äåðåâåõ
» (в землю
155
древлян, соседнюю с киевской. Очевидно, им же было передано право сбора дани для киевского князя. Следовательно, уже с этого времени князь прекращает ходить в полюдье. Начинает формироваться некий прообраз государственного аппарата на местах, контроль над которым продолжает оставаться в руках киевского князя. Окончательно такой тип управления сложился вовремя правления киевского князя Владимира Святославича (980-1015 гг.). Святослав вынужден был разделить всю Русскую землю, включая Киев, между своими сыновьями, поскольку сам несколько лет находился за ее пределами. Владимир же оставил за собой киевский престола своих старших сыновей посадил в крупнейшие русские города, бывшие к тому же, видимо, когда-то центрами племен. Тем самым он положил конец существованию союза племенных княжений». На месте прежнего союза возникло единое государство, различные регионы которого управлялись наместниками киевского князя. Теперь вся полнота власти на местах перешла в руки Владимировичей. Подчиненность их великому князю-отцу выражалась и регулярной передаче ему части дани, собиравшейся с земель, в которых сидели великокняжеские сыновья-наместники. О том, как распределялась дань, можно судить по летописному упоминанию под 1014 го дани, которую собирал Ярослав Владимирович, сидевший в Новгороде По мнению А. А. Горского, дружины союзов племенных княжеств, на землях которых были посажены представители киевской княжеской династии, видимо, частью влились в дружины князей-наместни- ков. При этом сохранялось наследственное право власти. Одновременно при определении порядка наследования власти постепенно закреплялось преимущественное право старшинства. Такой принцип соблюдался ив случае перераспределения княже- ний между сыновьями великого князя киевского после смерти одного из братьев. Если умирал самый старший из них (обычно сидевший на новгородском столе, то его место занимал следующий по старшинству брата все остальные братья передвигались по «лествице» власти на одну ступеньку вверх, переходя на все более престижные княжения. В случае, если кто-то из младших братьев умирал раньше старшего, владения этого младшего брата в дальнейшем перераспределении кня- жений не участвовали ему наследовали прямые потомки — сыновья и внуки. Такая система организации передачи власти обычно называется
«лествичной» системой восхождения князей на престолы. Уже при Владимировичах в полной мере прослеживается ее действие. После смерти старшего, Вышеслава (ок. 1012 г, сидевшего в
156
Новгороде, его княжение принял Ярослав, поскольку Изяслав, следовавший по старшинству непосредственно за Вышеславом, к тому времени уже умер. Полоцкое княжение, в котором правил Изяслав, досталось сначала Брячиславу Изяславичу, а затем Всеславу Брячис- лавичу. Тем самым, Полоцкая земля после смерти Изяслава Владимировича фактически вышла из состава Древнерусского государства, превратившись в суверенное княжество. Интересно, что эта территориальная потеря была вполне лояльно воспринята киевским князем и его потомками. А вот попытка новгородского князя Ярослава Владимировича вопреки традиции — прекратить в 1014 г. выплату дани в Киев вызвала немедленную ответную реакцию Владимир Святосла- вич, как мы помним, тут же начал готовиться к войне против сына с целью восстановить законный порядок управления государством. Однако, как неоднократно отмечалось, такой порядок существовал лишь до тех пор, пока был жив глава рода. После смерти отца, как правило, начиналась активная борьба между братьями за право владеть Киевом. Победивший влей соответственно все княжения раздавал своим детям, возрождая лествичную систему. Так, ВО. Ключевский писал Когда умирал отец, тогда, по-видимому, разрывались все политические связи между его сыновьями политической зависимости младших областных князей от старшего их брата, садившегося после отца и Киеве, незаметно. Между отцом и детьми действовало семейное право, но между братьями не существовало, по-ви- димому, никакого установленного, признанного права...»
29
Причины этого некоторые ученые видят в особой роли киевского князя. К примеру, А.Е. Пресняков считает, что старое семейное право покоилось на нераздельности житья и владения. С разделом разрушался семейный союз, и обычные понятия не знали преимуществ и прав старшего брата над другими. Понятия эти, господствуя в междукняжеских отношениях, становились в резкое противоречие с политической тенденцией киевских князей создать прочное подчинение Киеву подвластных областей. И первый, вытекавший из обстоятельств, выход из дилеммы — стремление объединить в руках киевского князя все владения отца, быть, владея, единому в Руси"»
30
После того как киевский престол перешел к Ярославу Владимировичу, он сумел избавиться практически от всех своих братьев, сколько- нибудь серьезно претендовавших на власть. Есть достаточно весомые основания предполагать, что именно он был вольным или невольным убийцей Бориса, а возможно, и Глеба. Их места заняли сыновья Ярослава. Перед смертью Ярослав завещал Киев старшему сыну Изяславу,
* См. Приложение 4.
157
который к тому же оставался князем новгородским. Святославу он дал Чернигов, Всеволоду — Переяславль, Игорю — Владимира Вячеславу Смоленск. Разделив города между сыновьями, Ярослав запретил им «
ïðåñòóïàòè ïðåäåëà áðàòíÿ, íè ñãîíèòè
». Поддерживать установленный порядок должен был Изяслав как старший в роду. Тем самым формально закреплялся политический приоритет киевского князя Однако уже к концу XI в, наблюдалось значительное ослабление власти киевских князей. В связи с этим активизировалось киевское вече. Оно стало играть достаточно заметную роль в жизни не только города, но и государства в целом. В частности, известно, что вече изгоняло князей или приглашало их на престол. Так, в 1068 г. киевляне свергли Изяслава, проигравшего сражение с половцами, и посадили на его место Всеслава Брячиславича Полоцкого. Через полгода, после бегства Всеслава в Полоцк, киевское вече вновь попросило
Изяслава вернуться на престол. С 1072 г. прошло несколько княжеских съездов, на которых Ярославичи пытались договориться об основных принципах разделения власти и одновременно о взаимодействии в борьбе с общими противниками. В 1074 г. между братьями развернулась ожесточенная борьба за киевский престол. Старшинство перестало играть безусловно решающую роль в определении права на власть. Смена правителей и столице влекла за собой перемены власти на периферии Киевской Руси каждый новый киевский князь направлял своих сыновей наместниками в другие города (прежде всего в Новгород. При этом в политической борьбе все чаше использовались половецкие отряды. Участившиеся усобицы серьезно ухудшили внутри- и особенно внешнеполитическое положение русских земель. Это заставило русских князей вновь заняться поисками политического компромисса. В 1097 г. в
Любече состоялся княжеский съезд, на котором внуки Ярослава Свято- полк Изяславич, Владимир Всеволодович, Давыд Игоревич, Василько
Ростиславич, а также Давыд и Олег Святославичи установили новый принцип взаимоотношений между правителями русских земель
158
С этого времени «отчина» (земля, в которой княжил отец) стала передаваться по наследству сыну. Тем самым отменялась «лествичная» система занятия престолов, основанная на представлении, что все члены великокняжеской семьи являются совместными владельцами Русской землей. На смену ей пришло династическое правление. Русские земли были распределены между отдельными ветвями потомков
Ярославичей. В отличие от установлений Ярослава, теперь гарантом соблюдения новых норм отношений выступал не старший, киевский, а все князья «
Äà àùå êòî îòñåëå íà êîãî áóäåò, òî
íà òîãî áóäåì
âñè
è êðåñòü ÷åñòíûé
». Тогда же была продолжена работа над общим законодательством.
Ярославичи уставили Правду Ярослава всей «Руськой земли и дополнили ее рядом норм, в частности окончательно запретили кровную месть, заменив ее денежным штрафом. Хотя ни этот, ни последующие княжеские съезды (1097, 1100,
1101, 1103, 1110 гг.) не смогли предотвратить междоусобиц, значение его чрезвычайно велико. Именно на нем были заложены юридические основы существования суверенных государств на территории бывшей единой Киевской Руси. Древнерусское государство оставалось в прошлом, Окончательный распад его принято связывать с событиями, последовавшими за смертью старшего из сыновей Владимира
Мономаха, Мстислава (1132 г.
* * * Что же представляла собой Киевская Русь Говоря о дани и полюдье, мы уже затрагивали вопрос о том, можно ли рассматривать их в качестве государственного налога, связанного с представлением об огосударствлении земли. Тема эта напрямую связана с вопросом о том, являлась ли Древняя Русь государством в точном смысле этого слова И что мы понимаем под государством в данном случае Согласимся с И.Я. Фрояновым: Чтобы зачислить межплеменную дань в разряд государственных налогов, надо доказать существование в X в. единого Древнерусского государства, охватывающего огромные просторы Восточной Европы, освоенные многочисленными восточнославянскими племенами. Но сделать это, увы, невозможно, хотя стараний тут приложено немало»
32
Подобная ситуация не уникальна и не представляется специфически древнерусской. Достаточно вспомнить вопрос, поставленный Ф. Броделем: Империя Каролингов — а была ли она.

159
а также целый ряд отрицательных ответов на него, включая самые резкие, подобные тому, который дал французский историк Никола
Йорга: этой Империи никогда не существовало, ни с территориальной, ни с административной точки зрения...»
34
Итак, можно ли Киевскую Русь назвать государством И если да, что это было за государство Мало того, желательно также знать, понимали ли жители Древней Руси, что они живут в государстве И что это для них означало Совпадают ли наши и их представления о государстве — Подобных вопросов можно поставить немало. Как же они решаются историками Прежде чем ответить на все эти вопросы, желательно выяснить, что представляет собой государство. ЧТО ТАКОЕ ГОСУДАРСТВО Наши общепринятые представления о государстве сформировались под влиянием того, что мы привыкли называть марксизмом. Даже отрекшись от него, мы не перестали быть марксистами, поскольку продолжает широко бытовать представление, что государство — специальный аппарат социального принуждения, который в первую очередь регулирует классовые отношения, обеспечивает господство одного класса над всеми прочими социальными группами (другими классами, сословиями и т. п. Соответственно оно может появиться только там и тогда, где и когда появляются классы
(В.И. Ленин. Подобное утверждение было удобно и вполне приемлемо для изложения теории, разработанной К. Марксом, перед аудиторией, имеющей минимальную подготовку. Сами основоположники марксизма, правда, были осторожнее в своих утверждениях. В частности, Ф. Энгельс писал, что государство является только по общему правилу. государством самого могущественного, экономически господствующего класса, который при помощи государства становится также политически господствующим классом и приобретает таким образом новые средства для подавления и эксплуатации угнетенного класса. (Разрядка моя И.Д.) Появление государственных структур связывается прежде всего с выполнением общественно значимых функций, сначала только в целях удовлетворения своих общественных интересов (например, на Востоке — орошение) и для защиты от внешних врагов»
36
На определенном этапе развития общество создает себе орган для защиты своих общих интересов от внутренних и внешних нападений. Этот орган есть государственная власть. Едва возникнув, он приобретает самостоятельность по отношению к обществу и тем более успевает в этом, чем более становится органом одного определенного класса и чем более явно он осуществляет господство этого класса. (Разрядка моя И.Д.). Как видим, и этих высказываниях подразумевается (хотя бы в виде исключения) возможность существования государственных структур, изначально не имевших классового содержания, а лишь приобретающих их по мере развития. Тем не менее в советское время общепринятые определения государства исходили именно из ленинской формулировки. Так, Ф.М. Бурлацкий писал ГОСУДАРСТВО, основной институт политической системы классового общества, осуществляющий управление обществом, охрану его экономической и социальной структуры в классово антагонистических обществах находится в руках экономически господствующего класса (классов) и используется им прежде всего для подавления своих социальных противников. Выделяя эту главную функцию эксплуататорского государства, В.И. Ленин писал "Государство есть машина для угнетения одного класса другим, машина, чтобы держать в повиновении одному классу прочие подчиненные классы. Государство обладает монополией на принуждение всего населения в рамках определенной территории, правом на осуществление от имени всего общества внутренней и внешней политики, исключительным правом издания законов и правил, обязательных для всего населения, правом взимания налогов и сборов. Вскрыв социально-классовую природу государства, К. Маркс и Ф. Энгельс заложили основы подлинной науки о государстве. Но, указывая на классовый характер государства, Маркс и Эн- гельс отмечали, что оно представляет собой и форму организации всего общества в целом. Марке писал, что деятельность государства "охватывает два момента и выполнение общих дел, вытекающих из природы всякого общества, и специфические функции, вытекающие из противоположности между правительством и народными массами"»
38
В последнее время российскими историками осваиваются более мягкие определения государства, которые разрабатываются западными философами, социологами и политологами. Типичным примером такого рода можно считать определение, предложенное Робертом П. Вольфом, Согласно этому определению, государство есть группа людей, которая правит, издает законы, управляет социальными процессами и вырабатывает правила для социальных групп на определенных территориях ив пределах определенных границ 161
Причем, кем бы ни был тот, кто издает закон, отдает команды и заставляет подчиняться им всех живущих на данной территории, он является государством»
40
В основе данного определения лежит обобщение опыта множества народов, пребывающих на различных стадиях общественного развития. К истории какого народа мы бы ни обратились, какую бы точку земного шара не стали рассматривать пишет Вольф,— мы видим, что люди всегда были организованы в социальные группы с определенными территориальными ограничениями, или границами. В каждом таком географическом союзе есть люди, которые правят, устанавливают порядок, руководят, используют силу, чтобы заставить других подчиняться, другими словами, какая-то группа, которая устанавливает и следит за соблюдением законов. Эта небольшая группа и есть то, что мы называем государством Причем эта группа может состоять из «одного-единственного человека и его приверженцев, а может быть наследственным классом, политической кликой или партией, наконец, это может быть просто большая группа людей, получивших на выборах голоса большинства избирателей. По существу такая постановка вопроса о государстве не противоречит определениям, принятым российскими историками. Еще четверть века назад изучение этнографами властных институтов у народов, переживающих ранние стадии развития, привело к выводу о том, что государству предшествовали «догосударственные» — потестар-
ные — органы, выполнявшие (в принципе) те же функции, нов отличие от государства, не имевшие политического характера. Сошлемся на мнение Ю.В. Бромлея поданному вопросу. Характеризуя племя как социальный организм первобытности, следует особо подчеркнуть, что его целостность в значительной мере обеспечивалась определенными органами власти. Но эта власть еще не имела политического характера. Для удобства такого рода общности, на наш взгляд, могут быть определены как "поте- старные" (от лат. "potestas" — власть. Соответственно племена, обладающие органами власти, условно можно именовать "социаль- но-потестарными организмами. Что касается социальных организмов классовых формаций, то предложение Ю.И. Семенова определять их как социально-поли- тические общности представляется в общем приемлемым, Необходимо лишь одно уточнение. Дело в том, что Ю.И. Семенов под социально-политическим организмом понимает не только государственные образования, но и народы. Между тем если представление, что государство — политическая общность, бесспорно, то причисление к таковыми народов представляется неправомерным. Ведь если государственные границы рассекают территорию расселения народа на части, то народ, естественно, не представляет целого "организма, Но, как известно, народы далеко не всегда "вписываются" в границы одного государства, Поэтому понятие "социально-политический организм, на наш взгляд, следует употреблять лишь для обозначения государственных образований. Итак, социальный организм имеет два основных стадиальных типа один из них — "социально-потестарный" — характерен для первобытнообщинного строя, другой — "социально-политический", или "государственный присущ классовым формациям»
42
Как видим, такой подход привел к попытке разделить собственно государственные и догосударственные общественные образования. В тоже время логически из подобных наблюдений следовало, что государство не может быть определено телеологически через цели, которые преследует данный социальный институт. Итак, судя по всему, всякое государство имеет две общие характерные черты 1) использует силу с целью добиться подчинения своим командам 2) претендует направо командовать и право подчинять, те. на то, чтобы быть легитимным. Вторая черта представляется особенно важной, ибо позволяет установить четкое различие между бандой грабителей и государственным аппаратом. Дело в том, что на ранних стадиях развития этот самый аппарат очень напоминает именно банду, поскольку состоит из небольшой группы хорошо вооруженных людей с главарем во главе. В отличие от простой банды, требованиям которой подчиняются по принуждению, под угрозой применения оружия, государственному органу с какого-то момента начинают подчиняться добровольно. Правитель претендует направо подчинять себе своих подданных. Если те не оказывают сопротивления, то, судя по всему, они непросто привыкли подчиняться, но и признают право государственных структур диктовать им свои условия. Это, собственно, и обеспечивало правителям возможность с помощью небольших вооруженных отрядов подчинять себе большие группы людей, которые чаще всего были достаточно хорошо вооружены и вполне могли отстоять свое право не подчиняться требованиям, которые они не признавали законными. Какие же функции выполняет государство В советской историографии — чаше всего по умолчанию — подразумевалось, что, как утверждал ИВ. Сталин, две основные функции характеризуют деятельность государства внутренняя (главная) держать эксплоатируемое большинство в уме и внешняя (не главная) — расширять территорию своего, господствующего класса за счет территории других государств, или
163
защищать территорию своего государства от нападений со стороны других государств. Так было дело при рабовладельческом строе и феодализме»
43
В новейшей историографии все отчетливее звучит мысль, что на ранних этапах существования государства его основная функция — защита интересов своих граждан, или подданных. Если не принять такого определения, то становится совершенно непонятным, как народные массы (при всей неопределенности этого термина) могли мириться с существованием аппарата, который осуществляет насилие над ними Другое дело, если согласиться стем, что всякое государство решает некие задачи, имеющие значение для каждого из тех, над кем оно стоит. Смириться с насилием над собой человек может лишь в том случае, если он понимает, зачем это насилие нужно (и соответственно принимает его. Другими словами, изначально государство хотя бы декларативно — защищает интересы не только господствующей социальной группы (класса, но также общества в целом и каждого из своих граждан (или подданных) в отдельности, Теперь, установив некоторые опорные точки, можно попытаться ответить на интересующий нас вопрос.
1   ...   10   11   12   13   14   15   16   17   ...   34

перейти в каталог файлов
связь с админом