Главная страница

Мединский - О любви к себе. О любви к себе


Скачать 22,69 Kb.
НазваниеО любви к себе
АнкорМединский - О любви к себе.docx
Дата28.02.2018
Размер22,69 Kb.
Формат файлаdocx
Имя файлаМединский - О любви к себе.docx
ТипДокументы
#42041
Каталог

О любви к себе

Фраза про то, что надо «полюбить себя» многократно повторена в самых разнообразных изданиях разного уровня серьезности. Этот призыв стал своеобразной священной мантрой, волшебной формулой, панацеей от всех проблем в жизни. Любые проблемы личного характера сейчас объясняются недостатком любви к себе. Человек, преисполненный любви к себе, априори является если не счастливым, то по крайней мере «правильным», раскрепощённым, психологически здоровым человеком. Любовь к себе стала почти эквивалентом счастья, стала необходимым условием счастья и успешности. Без любви к себе нечего думать ни об счастливой личной жизни, ни о карьерном росте, ни об уважении со стороны окружающих.

Но как полюбить себя? Как мы должны воспринимать себя, что бы любить, какими глазами должны смотреть на самих себя, чтобы любить? Очевидно, что прежде чем полюбить, необходимо взглянуть и оценить. Чтобы полюбить себя, нужно увидеть себя, не так ли? Можно ли полюбить себя ради себя самого, в отрыве от всего остального мира? Нет. Полюбить себя ради себя самого нельзя в силу того, что «я», которое надо полюбить, не является сферической вещью в вакууме, вещью в себе. «Я» существует в мире и взаимодействует с ним. Более того, человек является социальным существом, которое смотрит на себя не только своими, но и чужими глазами, глазами своих соплеменников. Человек – это всегда человек среди людей, вне людей, вне человеческого социума человека как индивидуума не существует. Вне общества словами Аристотеля человек «или зверь, или бог», но в любом случае уже не человек.
 

Человек смотрит на себя глазами других людей и этот алгоритм заложен в нас на генном, инстинктивном уровне. Человек любит похвалу и падок на лесть потому, что это повышает его самооценку, т.е. положительная оценка других влияет на нашу оценку самих себя. И если мы так устроены природой, то можно ли любить себя, если нас не любят окружающие люди? Не потому ли многие стремятся понравиться окружающим, что именно окружающие дают нам точку отчёта, от корой мы можем начинать оценивать себя? Говоря утрированно, мы изначально не имеем собственной оценки себя, мы имеем лишь оценку других людей. Для возможности самооценки нам необходимо пользоваться оценкой других, а потому наша самооценка неизбежно зависит от оценки окружающих. Кто-то стремится нравиться всем, кому-то хватает оценки немногочисленной референтной группы или вовсе – достаточно положительной оценки одного единственного значимого человека. Только очень психологически зрелые, самоактуализированные люди в своей самооценке не так напрямую зависят от мнения окружающих, но можно смело утверждать, что каждый нормальный человек проходил в своей жизни период острой зависимости от оценки той или иной референтной группы – хотя бы в детстве от родителей. Это причина того, как важно иметь конструктивную, хорошую референтную группу в подростковом возрасте, в период формирования мировоззрения, ценностей, отношения к людям, труду и миру.



В контексте нашей зависимости от мнения других призыв «люби себя» становится бессмысленным или даже вредным. Логичнее сказать: «стремитесь, что бы вас любили окружающие», или, правильнее, «стремитесь к любви вашей референтной группы». Должно быть, что этот призыв, несмотря на всю его логичность, не будет популярен, потому что тут мы вступаем в область политики и идеологии. Лозунг «люби себя!» созвучен с капиталистической идеологией потребления и способствует хорошей продаваемости товаров и услуг, ведь человек, сосредоточенный на себе, убеждённый в необходимости баловать (любить) себя, вряд ли будет отказывать себе, наоборот - он будет склонен потакать своим капризам и желанию обладать. Это будет отличный, выгодный потребитель товаров и услуг. Ему объяснили, что потребляя, он выражает любовь к себе. Его воспитали убеждённым индивидуалистом. А вполне логичный, разумный призыв «стремитесь к любви значимых для вас людей» является по сути своей коллективистским и отчасти созвучен с лозунгом «прежде думай о Родине, потом о себе!», а это в последнее время было не модно.
 

Что должно служить ориентиром и критерием для оценки себя? Ведь оценка себя необходима, особенно в таком важном деле, как любовь к себе. Объект любви всегда оценивается и ему присуждается высшая степень оценки. Сам выбор объекта любви будет продиктован критерием оценки, шкалой, по которой оцениваются значимые для того, кто любит, качества. Как в сказке Андерсона «принцесса на горошине», где принц хотел женится непременно на настоящей принцессе, и для него приоритетным был критерий «изнеженность». Говоря о том, кто, как и за что любит, мы говорим о том, какие у него приоритеты и критерии оценки. Надо понимать, что не всегда эти критерии осознаются самим человеком в полной мере, ведь это критерии не столько разума, сколько чувств. Любовь к себе – это частный случай любви вообще и потому она тоже нуждается в критериях и шкалах оценки. Получается, что полюбить себя просто так не получится. Человек должен оценить себя по какому-то значимому для себя критерию, т.е. полюбить себя в контексте чего-то. Оценить и полюбить себя не как себя, а как носителя определённых значимых качеств, навыков, свойств, например, как профессионала, как семьянина, как гражданина, как носителя определённых качеств и т.д. Снова мы упираемся в вывод о том, что невозможна любовь к себе в чистом виде. Не любовь к себе ради себя самого, но лишь в контексте чего-то, полюбить себя в чём то – в семье, в профессии, в идеологии, в развитии тех или иных качеств, в достижении определённых целей, в служении чему либо и т.д. Маслоу не даром указывал, что самоактуализированные люди всегда служители.
 

В контексте зависимости любви от критериев оценки, уместнее призывать не любить себя, а развивать в себе те качества, которые считаются вами (вашей референтной группой) наиболее значимыми и привлекательными. Мы всегда любим за что-то, хотя не всегда наши истинные критерии осознаваемы нами, как это обычно бывает в случае невротической привязанности, юношеской влюблённости, всепоглощающей страсти. Любить себя безотносительно, просто так, невозможно. Но мы не слышим призыв: «познайте себя и работайте над тем, что считаете самым лучшим!», а только пустой лозунг о любви к себе.
 

В случае подростков часто наблюдается случай самоуважения и любви к себе на почве противопоставления себя другим, на почве бунтующего нонконформизма. Это не отменяет значимость референтной группы, в данном случае это будут единомышленники, противопоставляющие себя большинству. Так же это не противоречит моему утверждению о необходимости критерия оценки – именно бунтарство тут расценивается, как наилучшее качество. Так как задача практически любого подростка в том, чтобы обособиться от родителей, чтобы наконец стать чем то самостоятельным, чем то отдельным, то бунтарство и подчёркнутая независимость – это чисто подростковый аттракцион, это то, за что подросток может если не любить, то хоть уважать себя. Это тот случай, когда как бы любовь к себе идёт бок о бок с неприятием, презрением, с отвращением и даже ненавистью. Привязанность такого рода характерна не для личностной любви к человеку, не для зрелой любви без мучительных противоречий, а для чувства совсем иного рода – приверженности идее. Приверженность идее может автоматически подразумевать целый ряд долженствований о том, что надо любить и что надо ненавидеть. К примеру, приверженность к идее нацизма подразумевает ненависть к коммунизму и «неполноценным» людям, ура патриотизм (примитивный патриотизм) часто лежит на основе подчёркивания национальных различий и презрении к другим народам, либеральные ценности – на противопоставлении себя «рабскому конформистскому менталитету» и т.д. Такого рода приверженность характерна как для подростков, так и вообще для незрелых людей, представляющих мир в контрастных, практически чёрно-белых тонах с очень жёстким делением всех людей на «свои – чужие». При психологической зрелости в мировоззрении человека остаются чёрные и белые цвета, но добавляется вся широта спектра, аспект противостояния становится не основным. В зрелом патриотизме отсутствует идеализация своего народа и демонизация чужих народов, скорее присутствует искренний интерес к своей и чужим культурам, сравнительный анализ и ответственность за свою страну, которую можно так же обозначить, как ответственность перед другими людьми.
 

Всё развивается от простого к сложному и период подросткового максимализма необходимый этап для того, чтобы человек научился любить – нашёл для себя критерии оценки, выработал собственные ориентиры. Глубокая личностная любовь на этом этапе невозможна, это время страстей, проб, поисков себя и борьбы компромиссов между желаниями и реальностью. Противопоставляющий себя обществу подросток не любит себя, он любит протест и любит себя в протесте. Любовь-противопоставление в этом случае надо понимать, как первая, самая примитивная форма любви к себе. На этом примере видно, что нельзя любить себя просто так, безотносительно. Если любовь к себе возможна только в определённом контексте, на самом первом этапе это противопоставление, «любовь от противного». Это можно представить, как «я хороший и достойный любви потому, что я не эти жалкие/несчастные/грязные/проклятые обыватели/унтерменьши/москали/коммунисты и т.д. «Любовь от противного» носит компенсаторный характер, она нужна для преодоления кризиса переходного возраста, а так же она характерна для всех, кто не смог преодолеть этот кризис и остался в той или иной степени в подростковом, переходном состоянии. С подлинной любовью она имеет мало общего, потому что в её основе лежит ненависть и агрессия (стремление к разрушению), а не собственно любовь (стремление к созиданию и развитию). Но в процессе личностного развития эта «любовь от противного» может развиться в способность к подлинной любви.
 

Зрелая любовь к себе невозможна без любви к миру и к людям. В этом она противоположна незрелой любви, которая работает на противопоставлении. Зрелая любовь находится в арсенале только зрелого человека, а он не противопоставляет себя миру и другим людям – разве что отдельным деструктивным силам и идеям. Зрелый человек он не имеет иллюзий на свой счёт и понимает, что он – такой же человек, как и все окружающие, он принимает это, не забывая про свою индивидуальность и отдавая себе трезвый отчёт – в чём он хуже или лучше большинства людей. Даже осознавая ряд собственных достоинств в сравнении с большинством окружающих, он не преисполняется отвращением, презрением или высокомерием по отношению к ним, потому что зрелый человек не нуждается в принижении кого либо для собственного возвеличивания. Возвеличивание себя – это всегда декомпенсация, компенсаторная форма любви к себе. Любовь к людям необходима для зрелой любви к себе как основа для самой возможности такой любви.
 

Говоря о любви к людям, я не имею в виду любовь к каждому человеку на планете – такое невозможно. Я имею в виду любовь к идее человека, любовь к человеку вообще. Это сложная задача – полюбить человека вообще, принимая в расчёт все его недостатки и принимая всю правду о нём. Едва ли любовь такого рода возможна в юном возрасте. Для юного возраста характерна любовь к абстрактным, идеальным моделям человека. Незрелому человеку отвратителен человек реальный, ему мил человек идеальный, он любит тот образ идеального человека, который он находит для себя. Это может быть и сказочный вариант человека (эльфы, ангелы, вампиры, супергерои и т.д.), люди конкретной отдельно взятой страны или эпохи, персонажи литературного произведенья, люди определённого социального положения и т.д. В любви (в случае подростков уместнее употребить жаргонное слово «фанатении») такого рода всегда много иллюзий и мечты. Полюбить же реального человека – это полюбить его со всеми его недостатками, принять его целиком, пойти на компромисс, отказаться от идеальной модели, отринуть иллюзии. Всё это требует мужества и зрелости, требует согласия с несовершенством. И лишь приняв несовершенство человека вообще можно принять своё собственное несовершенство, понять, что многие наши недостатки (и недостатки человека вообще) являются неотъёмной частью нашей природы и часто являются продолжением наших достоинств. Конечно, и зрелый человек может иметь свой идеал, т.е. представление о том, каким должен быть человек, к чему должно стремиться человеку, т.е. образец, служащий ему ориентиром и примером. Но важно отметить, что этот идеал человека у зрелого человека реалистичен и не подобен прокрустову ложу чётких, жёстко заданных параметров. Зрелый человек способен на компромисс и готов простить некоторые недостатки, самому себе в том числе.

Любовь имеет определённое противоречие в своей сути. Противоречивая диалектичность любви в том, что принимая, она одновременно стремится к развитию объекта любви, т.е. принимая, стремится изменить. Зрелость любви проявляется в том, что она реалистична. Любящий хозяин кошки не будет пытаться научить ее приносить палку, но постарается научить ходить на лоток и не драть обои. Так же зрелая любовь всегда учитывает время и то, что полностью принимается сегодня, может вызывать отторжение завтра, о чём будет честно предупреждено. Утверждение о том, что истинная любовь есть бесконечное принятие – утверждение не только ложное, но и откровенно вредное. Каждый человек, по моему глубокому убеждению, обязан работать над собой. Он обязан в первую очередь перед самим собой развивать себя. Утверждение любви как исключительно принятия даёт человеку право не работать над своим развитием и в конечном счёте делает его несчастным, вечно ждущим «настоящую любовь». Любовь всегда меняет. И всегда принимает человека такого, какой он есть НА ДАННЫЙ МОМЕНТ.

Каждый человек воспринимает себя человеком, т.е. частным случаем человека вообще. Поэтому любовь к человеку вообще является фундаментом для любви к человеку в частности, т.е. в данном случае к себе. Принятие человека вообще так же является фундаментом для принятия человека в частности. Себя например. 

Любовь к миру во многом тождественна любви к людям, потому что именно люди главным образом и составляют мир каждого из нас. Любовь к природе, к животным, к стихиям и другим проявлениям естественного, нечеловеческого окружения носят во многом отстранённый, дополняющий, несущественный характер. В восприятии мира, окружающего нас, решающее значение имеет оценка людей и окружения, созданного цивилизацией. И без положительного отношения к людям и человечеству невозможно положительное отношение к миру вообще. Распространена мысль о том, что мир и человек не едины, а противопоставлены друг другу. В действительности противопоставление миру невозможно, так как мы все, как в масштабах личности, так и в масштабах цивилизации находимся внутри этого мира и являемся его частью. Отчуждение от мира человек чувствует на индивидуальном уровне, осознавая своё собственное Я в моменты рефлексии. В эти моменты человек чувствует отчуждение не только от мира, но и от других людей. Для преодоления этого отчуждения человек зачастую выбирает ложный путь, описанный Э. Фроммом – путь обладания, путь иллюзии расширения собственного Я. В этом пути можно просмотреть конфронтацию с миром и людьми, желание в борьбе завладеть всем, чего хочется. Этот путь не может быть пройден до конца, так как владеть и управлять всем миром невозможно. Так же конфронтация несовместима с любовью, а именно любовь является единственным способом преодоления отчуждённости и возврата способности к единению с другими. Любовь – это в первую очередь принятие и во вторую – труд над счастьем и процветанием объекта любви. Любовь – это забота о том, чтобы объект любви менялся к лучшему вместе с любящим, потому что только в совместном росте можно оставаться вместе и продолжать любить друг друга. Любовь – это труд над собой и помощь любимому человеку в аналогичном труде. Этот труд невозможен без веры в то, что прогресс возможен и полон смысла. Таким образом, любовь является единением принятия, веры и труда; она не имеет ничего общего с конфликтом, борьбой и желанием обладания.


В настоящее время призыв любить себя обычно подразумевает совсем иное значение, а именно: не экономь на себе, стремись к обладанию и потреблению, ведь ты заслуживаешь самого лучшего (дорогого). Я хотел бы, чтобы призыв о любви к себе всегда соседствовал с призывам трудиться над собой и любить людей вообще. Потому что только в этом случае этот призыв имеет смысл, только в этом случае он правдив, а не манипулятивен. Человек, который подлинно любит себя, преисполнен любви к миру вокруг и людям, населяющим этот мир. Он умеет принимать, верить и трудиться. Принятие – это признание существования недостатков, вера – нахождение смыслов и труд – это приложение усилия для прогресса. Человек, который любит себя, признаёт, что мир и населяющие его люди неидеальны. Человек, который любит себя, верит в мир и человечество. Человек, который любит себя, трудится над тем, чтобы мир и люди вокруг стали лучше. 

Борис Мединский


2016-2017

https://vk.com/borismedinskiy
перейти в каталог файлов
связь с админом