Главная страница

ПСИХОТЕРАПИЯ ЗДОРОВЫХ. ПСИХОТЕРАПИЯ РОССИИ.. Руководство по Характерологической креатологии Под редакцией М. Е. Бурно и Г. Ю. Канарша


Скачать 4,33 Mb.
НазваниеРуководство по Характерологической креатологии Под редакцией М. Е. Бурно и Г. Ю. Канарша
АнкорПСИХОТЕРАПИЯ ЗДОРОВЫХ. ПСИХОТЕРАПИЯ РОССИИ
Дата30.10.2018
Размер4,33 Mb.
Формат файлаdocx
Имя файлаПСИХОТЕРАПИЯ ЗДОРОВЫХ. ПСИХОТЕРАПИЯ РОССИИ..docx
ТипРуководство
#57500
страница2 из 59
Каталогid9295808

С этим файлом связано 18 файл(ов). Среди них: ПСИХОТЕРАПИЯ ЗДОРОВЫХ. ПСИХОТЕРАПИЯ РОССИИ..docx, TsELEBNYE_KROKhI_VOSPOMINANIJ.pdf, If_You_Give_a_Pig_a_Pancake_Laura_Nemiroff.pdf, If_You_Take_a_Mouse_To_The_Movies_Laura_Nemiroff.pdf, If_You_Give_a_Dog_a_Donut_by_Laura_Numeroff.pdf, If_You_Give_a_Moose_a_Muffin.pdf, Shablon.pdf, If_You_Give_a_Mouse_a_Cookie_by_Laura_Numeroff.pdf, psikh._igry.docx и ещё 8 файл(а).
Показать все связанные файлы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   59


ПРЕДИСЛОВИЕ

«Психотерапия здоровых» — это психотерапевтическая, психопрофилактическая помощь душевно здоровым людям (без, во всяком случае, явной патологии) — взрослым и детям. Эта помощь оказывается сегодня все шире жителям России, благодаря прежде всего психологам и психологам-педагогам. По-разному называется это — «психологическое консультирование», «психокоррекция», «психологическая психотерапия» и т. д.

«Характерологическая креатология» (ХК) — существенная область Психотерапии здоровых. Особенность ХК состоит в том, что эта разнообразная помощь осуществляется, исходя из особенностей природного характера человека. Термин «креатология» (изучение творчества) поясняет, что только в творчестве (в выполнении какого-либо дела неповторимо по-своему, сообразно своей неповторимой индивидуальности) сказывается личность. Но путь к постижению своей неповторимой личности в ХК лежит через познание своего повторимого характера, дабы не путаться в трех соснах. Уже узнав и прочувствовав (в ХК) свой повторимый характер (например, «тревожно-сомневающийся», «замкнуто-углубленный»), человек приходит к тому, чем отличается и не отличается в своей жизни, в своих делах от других «тревожно-сомневающихся», «замкнуто-углубленных». Приходит к тому, как возможно ему жить и работать творчески, как полнее общественно полезно реализовать себя, свое неповторимое, среди людей, в стране, в мире — сообразно своим природным особенностям. Это творческое самовыражение (самореализация) целительно творческим вдохновением, светлым переживанием, наполненным Любовью и Смыслом, возникающими из чувства своей неповторимости. Целительно — и для самого человека творящего, и для тех, для кого он творит.

Таким образом, ХК, в отличие от чисто психологической, педагогической, социологической помощи, существует прежде всего для помощи людям, склонным к творчеству. Это — для людей не уверенных в себе (хотя бы в глубине себя) с более или менее выразительными душевными (характерологическими) особенностями, что практически всегда говорит о способности такого человека (нередко глубоко запрятанной) к творчеству.

ХК, в отличие от теоретических построений (в психологии, социологии и т. д.), исходящих не из живого постижения природы характеров, а из теорий, концепций, вышла из естественнонаучных исследований, и прежде всего из Терапии творческим самовыражением (М. Е. Бурно) (ТТСБ1. Метод-школа ТТСБ для пациентов с болезненным переживанием своей неполноценности, несостоятельности развивается уже десятки лет. Постепенно, сама собою, благодаря психологам, педагогам, философам и другим гуманитариям с естественно-научным складом мысли, из этого клинико-психотерапевтического метода, с самого начала его существования, выплеталась ХК как ТТСБ для здоровых. И особенно — для здоровых людей, склонных к творчеству, не уверенных в себе, дабы помочь им по возможности вдохновенно-творчески реализоваться в жизни. Но в общественном (в том числе государственном) смысле, ведь именно поистине творческие люди есть «голова» страны. Они и поднимают, направляют, обогащают жизнь своего народа, заражая, обогащая людей своими открытиями, творческим вдохновением, идеями — во всех областях жизни и культуры.

В настоящем Практическом коллективном руководстве по Характерологической креатологии собраны за много лет работы представителей разнообразных специальностей (психология, педагогика, философия, экономика, политология, медицина) — специалистов своего дела, в основном—членов Профессиональной психотерапевтической лиг2, склонных в своей специальности к естественно-научному («Характерологическому») творческому мышлению, которое есть основа и ХК, и ТТСБ. Работы этих авторов публиковались прежде и рассеяны во многих изданиях. Руководство является продолжением книг: коллективного «Практического руководства по Терапии творческим самовыражением» (под ред. М. Е. Бурно и Е. А. Добролюбовой. М.: Академический Проект, ОППЛ, 2003. — 880 с, ил.), наших «учебников» для пациентов и людей с душевными трудностями («Разнообразие человеческих миров» (П. В. Волков. М.: Этерна, 2013. — 640 с.) и «О характерах людей» (М. Е. Бурно. М.: Академический Проект; Фонд «Мир», 2008. — 639 с.)), книги Г. Ю. Канарша «Социальная справедливость: философские концепции и российская ситуация» (М.: Изд-во Моск. гуманитарного ун-та, 2011.—236 с), книги М. Е. Бурно «Терапия творческим самовыражением (отечественный клинический психотерапевтический метод). 4-е изд., испр. и доп. М.: Академический Проект; Альма Матер, 2012. — 487 с. с илл.

Важно отметить, что для полноценного знакомства с настоящим изданием необходимо получить хотя бы первоначальное представление о характерах людей, в их естественно-научном (не психоаналитическом) понимании, обратившись прежде всего к указанным выше книгам М. Е. Бурно и П. В. Волкова.

Авторы и редакторы надеются, что настоящая, первая в таком духе, книга послужит психотерапии сегодняшней нашей России. Книга предназначена для всех, кто не равнодушен к тому, о чем сказано выше.

ВВЕДЕНИЕ

О «Характерологической креатологии» и «Психотерапии здоровых»3

Что такое «Характерологическая креатология»?

Характерологическая креатология (ХК) — это естественнонаучный подход к изучению творчества (в самом широком понимании), изучению жизни, исходя прежде всего из природных душевных особенностей людей — их характеров в современном научном и широком понимании (включая в это понятие, например, даже особенности души слабоумного душевнобольного). Всем одухотворенным людям (материалистам, идеалистам, эклектикам) известно и понятно, что творчество (сотворение, созидание) есть выполнение какого-то (но только не разрушительного) дела, даже «простого» движения, — неповторимо по-своему. Будь то пластилиновая фигурка (творчество) малыша, будь то улыбка или неловкое движение рукой влюбленной девушки. Совершаемое по-своему зло, разрушение не есть подлинное творчество, а есть просто самовыражение, например, безнравственного бандита. Таким образом, неповторимость душевной жизни любого человека, обусловленная (для одухотворенного материалиста (например, гиппократовского клинициста)) прежде всего неповторимостью (уникальностью) душевной природы и обрекающая человека на более или менее сложное самовыражение (творческое в сравнении с разрушительным, деструктивным), — есть стихийная основа ХК. Человек, постоянно живущий творчески (т. е. неповторимо по-своему), светло чувствует себя собою. Это чувство обретенной самособойности сказывается поначалу хотя бы слабым (но нередко уже целительным) светом в душе, который может в некоторых случаях усложняться до высокого сложного творческого вдохновения, несовместимого с любым болезненным переживанием. В болезненном переживании человек, напротив, обычно тягостно не чувствует себя собою.

Однако где же тут научный подход? Научный подход — в открытых (и открываемых) изучением закономерностей творческого (а заодно, в сравнении с ним, и разрушительного) самовыражения природного характера человека в жизни, в культуре. Характер — повторимое созвездие стойких характерологических свойств. Но прочувствованное знание своего характерологического круга (например, психастенического (тревожно-сомневающегося)) помогает осознать свою неповторимость, уникальность среди других психастеников. Серьезно изучать повторимые характеры в неповторимом творческом самовыражении, дабы легче было обрести свою уникальность, — это, прежде всего погружаться в изучение сложной естественно-научной (не теоретически-психологической (например, психоаналитической)) характерологии. В изучении того, как обнаруживают себя в творчестве определенные природные душевные свойства, движения души. То есть свойства, движения, вторичные по отношению к природе, телу, как к своему источнику, а не сотканные психологически, психоаналитически лишь из психогенных воздействий без примата природного источника. Исходя из естественно-научного (естество есть природа) мироощущения, даже самые высокие, истинно человеческие, а именно духовные, движения души причинно обусловлены прежде всего своим происхождением из природного источника. И своей картиной так же во многом обусловлены особенностями этого природного источника. Так философическая символичность творчества замкнуто-углубленного поэта, например, нередко выразительно видится в «символическом» строении формы его головы и всего его выразительно-манерного тела.

Еще одна важная черта философской основы ХК. ХК — не есть воинствующий «диалектический материализм» Маркса, Энгельса, Ленина, материализм, убежденный в единственной всемирной своей правоте. ХК убеждена лишь в своем собственном одухотворенном материалистическом мироощущении и в том, что мироощущение обусловлено прежде всего определенно устроенной изначальной саморазвивающейся природой человека. То есть природной предрасположенностью определенного человека чувствовать подлинную мировую реальность как Дух или как Материю или как-то иначе. Но ответ на вопрос «Как же дело обстоит на самом-то деле независимо от полярных мироощущений людей?» — ХК оставляет за занавесом, полагая, что полярные мироощущения (идеалистически-теоретическое и материалистически-практическое, а также другие) взаимно дополняют друг друга в духе принципа дополнительности Бора. В этом состоит диалектическая одухотворенность материалистичности ХК. В основе каждой философии, концепции лежит природная особенность: каждый не безнравственный философ в своих известных границах, при известных обстоятельствах, по-своему прав. И одухотворенность материалистичности ХК — в том, что духовные ценности превыше всего. В этом отношении, кстати, одухотворенными материалистами можно назвать в русской литературе Баратынского и Чехова. И Гамлет сказал, расставаясь с жизнью: «Остальное — молчание».

Наконец, для чего, кому нужна ХК? Нужна, конечно же, в совокупности с другими научными подходами. Пока коротко. ХК нужна, дабы помочь человеку (исходя из его природного характера), помочь народу (исходя из национально-характерологических особенностей народа), помочь странам, человечеству — найти (и с помощью этого подхода тоже) свои, наиболее здоровые, в высоком смысле целительные для людей, дороги в жизни в наше нелегкое время природных катастроф, болезней (по причине неразумного поведения человечества), помочь выжить человечеству, легкомысленно причиняющему себе образом своей сегодняшней жизни телесное и душевное нездоровье, человечеству, подталкивающему себя, вместе со своим надтреснувшим Земным Домом, к смертельной пропасти.

Таким образом, ХК есть естественно-научный подход к изучению творчества, жизни и в то же время насущная помощь прежде всего здоровой душе. Работая в психиатрии, вообще в медицине, этот подход становится Терапией творческим самовыражением (ТТС). В данном случае слово «Терапия» пишем с большой буквы, дабы подчеркнуть, что речь идет о конкретном авторском методе, а не о терапии творчеством в широком понимании.

К истории ХК

Основоположниками ХК являются, в сущности, известные представители трезвого естественно-научного материализма, изучавшие так или иначе человеческую душу. Это, например, Аристотель, Теофраст, Гиппократ, Вольтер, Дарвин, Спенсер, Эуген Блейлер, Корсаков, Павлов, Конрад Лоренц. Но, конечно, прежде всего — Эрнст Кречмер и Ганнушкин.

ХК с давних пор живет и в нашей Терапии творческим самовыражением (ТТС) (Бурно, 2011b). Проглядывает из ТТС почти на каждом занятии в группе творческого самовыражения. Но, в отличие от ТТС, ХК — не есть сугубо психотерапевтический (лечебный) метод. ХК, повторяю, — это ТТС здоровых и еще шире: естественно-научный подход, распространяющийся за пределы медицины на душевную жизнь всех людей и у нас, и в мире, на мировую историю, культуру, в которых тоже живут переживания человека и его поступки.

Два важных положения ТТС полностью переходят и в ХК. Первое. Нет плохих и хороших характеров; характер как букет стойких душевных свойств — вне нравственной оценки, поскольку каждое свойство характера может обернуться добром и злом. Другое дело — конкретный человек с данным характером (нравственный, безнравственный, бесхарактерно-конформный («я — как все»)). То же относится к национальным душевным особенностям (например, немец доктор Гааз и безнравственный немецкий фашист). Наконец, нет плохих и хороших религий, исключая, понятно, те случаи (например, некоторые деструктивные секты), где грубо нарушается нравственность в общечеловеческом понимании и человеку приносится серьезный своей разрушительностью души и тела вред. Второе. Мы не отвечаем за свои мысли, душевные движения (в том числе желания, влечения), вообще за содержание картин в своей душе. Мы отвечаем лишь за свои слова и дела, поскольку на это распространяется наша воля (способность к осознанному целенаправленному поведению). Это, конечно, серьезное отличие от, например, христианских убеждений по этому поводу. Таким образом, ХК (ТТС) — это взаимное уважение к разным природным характерам друг друга: к характерологическому мироощущенческому, характерологическому национальному, характерологическому религиозному или атеистическому. Если только все это природное не преломляется (благодаря также особой природе) безнравственностью в конкретном человеке, с чем уже работает справедливый моральный закон. Но любая картина искреннего не безнравственного чувства (мироощущенческая, с национальной окраской и т. д.) уважаема. В этом отношении, конечно же, «прав тот, кто искренен» (А. П. Чехов).

Главные положения, составляющие содержание ТТС, также остаются в ХК (познай себя и других, проникнись тем, что для каждого свое, и обрети себя в своем творчестве, сообразно твоей природе).

Переносятся из ТТС в ХК и все основные способы творческого самовыражения (творческое общение с литературой, искусством, наукой; создание творческих произведений; творческое общение с природой; проникновенно-творческое погружение в прошлое и т. д.).

Профилактическая помощь здоровым или помощь здоровым в развитии личности (в духе ХК) может оказываться так же, как и в ТТС, в группах творческого самовыражения или индивидуально — с чтением работ о ХК. Это может быть и самостоятельное изучение работ о ХК.

Термин «характерологическая креатология» я впервые применил для обозначения внелечебной ТТС и объяснил в печати в 2002 г. в предисловии к работам педагогов-психологов Елены Владимировны Романенко (Сургут) и Татьяны Юрьевны Шиховой (Новокузнецк) о ТТС здоровых детей (в детском саду и с девочками-скаутами) (Практическое руководство..., 2003). Все же не принято было, особенно тогда, говорить о терапии здоровых, и возникали по этому поводу недоразумения с начальниками психологов и педагогов. Там же я пояснил, что ХК отличается от эстетики и эвристики, изучающих наиболее общие закономерности творческого процесса, тем, что, напротив, отправляется прежде всего от конкретных природных характерологических особенностей творящего человека. С тех пор в работах моих последователей, помогающих душевно здоровым людям, и в моих работах этот термин («ХК») встречается все чаще. Однако практическое существо ХК (без этого термина) было внятно, убедительно описано, опираясь на работы о ТТС, еще в 1997 г. школьной учительницей с многолетним стажем Тамарой Ефимовной Конрад-Вологиной (1927-2002) (США, община в Чикаго; прежде жила в Одессе) в соавторстве с доцентом-врачом Евгением Антоновичем Поклитаром (1924—2009) (Одесса) (Избранные труды..., 2007; Практическое руководство..., 2003). В течение двух месяцев в группах продленного дня преподаватель знакомит школьников с картинами художников разных характеров, опираясь на книгу о характерах (Бурно, 2008а). Преподаватель поясняет с помощью выразительного чтения стихотворений, отрывков из художественной прозы, с помощью диапозитивов, прослушивания музыкальных произведений, как именно разные характеры по-разному обнаруживают себя в творчестве известных писателей, живописцев, композиторов с этими разными характерами. Все это помогает школьнику понять, прочувствовать свой характер для постижения себя, своего душевного и духовного, для своей жизненной дороги, профессии, своего смысла. Все это способствует развитию целительного вдохновенно-творческого стиля жизни; в сущности, это одновременно и есть «психотерапия здоровых».

Нельзя не вспомнить, что еще в 1990 г. была опубликована (к сожалению, очень краткая) работа одесского доцента-педагога Виктора Ильича Яна (Ян, 1990) о применении ТТС в преподавании литературы на педагогическом факультете Южно-Украинского университета им. К. Д. Ушинского (изучение характеров литературных героев для более глубокого познания себя, своей жизни, для своей будущей учительской работы).

В этом же году (1990) опубликована, тоже очень краткая, работа Б. А. Поклитара «Опыт использования психогигиенического варианта терапии творческим самовыражением» (Избранные труды..., 2007; Практическое руководство..., 2003).

Специалисты, о которых здесь рассказываю, как и некоторые другие коллеги в те времена, много работали, в сущности, в поле ХК, много и вдохновенно рассказывали об этой своей работе, но из скромности, к сожалению, весьма скупо публиковали свой практический опыт для современников и потомков. Поэтому мне приходится здесь несколько дополнять и пояснять их очень краткие публикации, опираясь на то, что вообще знаю о творческой работе этих энтузиастов.

ХК сегодня

В последние годы теоретических и практических работ по ХК уже множество (Бурно, 2011b). Постараюсь очень кратко показать, какие наметились в этом поле направления. И, уже подробнее, в связи с этим — что же дает людям ХК. Оставляю сейчас в стороне собственно лечение больных (ХК в медицине обнаруживается особенно в ТТС). Сосредоточимся на тех ветках ХК, где возможно говорить о лечении не болезненных расстройств, а о лечении только в высоком, порою, может быть, в психологически-философском, смысле. Это относится, словами Виктора Викторовича Макарова, к «психотерапии здоровых». То есть, в отличие от терапии больных, — это развитие здоровой души и предупреждение у здоровых душевного нездоровья (Макаров, 2001). Конечно, эти части единой работы порою весьма трудно бывает строго разделить.

1. Профилактика душевных расстройств в духе ХК

Главные здесь научные работы — работы омского доцента-психолога Натальи Викторовны Грушко (Грушко, 2003,2007,2009).

Существо диссертационного исследования Н. В. Грушко (Грушко, 2003) — создание и изучение «психокоррекционного варианта терапии творческим самовыражением» для душевно здоровых подростков с переживанием своей неполноценности. Сегодня «психокоррекция творческим самовыражением» Н. В. Грушко (в сущности, развивающий и профилактический метод ХК) стала обязательной дисциплиной для преподавания на факультете психологии Омского государственного университета им. Ф. М. Достоевского.

О профилактике пьянства у душевно здоровых молодых людей с помощью приемов ТТС — и моя давняя книга (Бурно, 1990).

2. Педагогика, практическая психология в духе ХК

Это, во-первых, работы специалистов Новокузнецкого регионального отделения Научно-методического Центра Терапии творческим самовыражением в структуре Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги (ОППЛ). Исследования педагогов-психологов, работающих прежде всего в школах-интернатах (Практическое руководство..., 2003; Применение метода..., 2006; Протасова, Гилева, 2006).

15 мая 2003 г. в Новокузнецке состоялась первая научно-практическая конференция «Терапия творческим самовыражением и практическая психология» (Институт повышения квалификации, Новокузнецкое отделение Центра ТТС). В том же году Новокузнецкий институт повышения квалификации МО РФ (кафедра психологии) опубликовал «Дополнительную профессиональную образовательную программу «Терапия творческим самовыражением» (144 часа) (автор — Елена Сергеевна Манюкова) для преподавателей учебных заведений, аспирантов и студентов педвузов (психологи, педагоги, социальные работники, логопеды и другие специалисты). В 2006 г. Новокузнецкий институт опубликовал еще три программы для обучения ТТС педагогов, педагогов-психологов, социальных работников. Это «Формирование личностно-профессиональной культуры специалиста: Терапия творческим самовыражением» (составители: Лариса Александровна Селиванова и Татьяна Юрьевна Шихова) (144 часа); «Формирование позитивного самоотношения старших школьников методом творческого самовыражения» (те же составители) (144 часа); «Программа социальной адаптации подростков методом творческого самовыражения «Творческая гостиная» (составители: Людмила Дмитриевна Протасова и Татьяна Александровна Гилева) (128 часов). Особая ценность этих программ, как и новокузнецкого учебно-методического пособия (Применение метода..., 2006), заключается в том, что они вышли из повседневной празднично-практической психолого-педагогической работы авторов программ и пособия с душевно здоровыми, хотя и обделенными жизнью, детьми в школах-интернатах.

Во-вторых, это работы воронежского доцента-психолога Александра Анатольевича Филозоп (Избранное. Одесская школа..., 2009; Филозоп, 2009а, 2010) о характерологической акмеоло-гии на основе гуманитарно-культурологической ТТС Е. А. Поклитара (см. ниже) и акмеологической науки.

В-третьих, это работы педагога-психолога Нины Ивановны Галеевой (Москва) о созданном ею варианте ТТС для преподавания на уроках в Казачьем кадетском корпусе (Галеева, 2011).

В-четвертых, описанное уже выше внелечебное применение ТТС в общеобразовательной школе (Конрад-Вологина, Поклитар, 1997). К этой работе следует прибавить как весьма важное в этом деле статьи Елены Александровны Эннс (Воркута) (Эннс, 2002), Лауры Оскаровны Вернякович (Бернякович, 2008), а также работы одесских специалистов по применению ТТС в экологическом воспитании школьников и в экологической работе со взрослыми (В. И. Ян, А. П. Коваленко, А. Г. Чебан (2005) (Избранные труды..., 2007), М. А. Раскина, И. Б. Пономарева (2009) (Избранное. Одесская школа..., 2009)).

В-пятых, к упомянутой выше работе Е. В. Романенко (2002) о ТТС в детском саду прибавились содержательно-светлые работы педагога-психолога Светланы Михайловны Павловой (Самара) (Павлова, 2009).

В-шестых, серьезного внимания заслуживают работы о ХК в занятиях с пожилыми людьми. Это работы доцента-психолога А. А. Филозоп (2005, 2009, 2010) (Избранное. Одесская школа..., 2009; Филозоп, 2010) и педагога Маргариты Алексеевны Раскиной (2005) (Избранные труды..., 2007).

В-седьмых, следует поразмышлять о статье психиатра-психотерапевта Кирилла Евгеньевича Горелова (Горелов, 2008) об опыте применения «базисных принципов» ТТС в консультативной работе со взрослыми и в воспитании детей и подростков. Речь идет о «ежедневном осознанном движении по своей жизни» о «созидании (своей жизни. — М. Б.) в соответствии со знаниями о своих характерологических особенностях». О созидании «житейском, бытовом» с «радостью от позитивной эксплуатации своих особенностей в повседневной жизни».

3. Философские работы по ХК

Во-первых, это книги лингвиста, философа Вадима Петровича Руднева. Руднев (Руднев, 2001) полагает, что ТТС (в сущности, думается мне, ХК) «становится частью междисциплинарного исследования художественного текста и культуры», и на собственном опыте работы показывает, как это происходит.

Во-вторых, это работы Т. Е. Конрад-Вологиной (Чикаго) в соавторстве с одесскими врачами, педагогами Линой Иосифовной Бурчо, Аллой Викторовной Лупол (1999), Е. А. Поклитара (2005), Льва Валентиновича Кофмана (2005) и другие философские статьи, тоже собранные после журнальных уже публикаций в книге «Избранные труды Одесской школы Терапии творческим самовыражением» (2007) (Избранные труды..., 2007). В этих работах рассматривается «гуманитарно-культурологическая сущность ТТС», сообщается, что ТТС способна «в своей философской законченности стать универсально-психологическим учением о человеке», «характерологической экологией человека», противопоставив себя психоанализу и экзистенциализму. Сразу же отмечу тут, что ХК («ТТС для всех») есть научный подход, который может быть созвучен как «философия жизни» лишь определенному кругу здоровых и больных людей, склонных к одухотворенно-материалистическому или одухотворенно-материалистоподобному (реалистоподобному) мироощущению, людей дефензивных (с переживанием своей не-полноценности). Другое дело — изучение с помощью ХК (в виде одного из научных подходов: естественно-научный подход) душевной жизни, поступков вообще всех людей. Здесь я обращаюсь к последней статье-завещанию Евгения Антоновича Поклитара «Человек достроенный и терапия творческим самовыражением» (2008) (Поклитар, 2008). Автор говорит в этой статье о превращении ТТС из лечебного метода в «гуманитарно-культурологическую программу помощи людям в их социальной адаптации и духовном росте» (там же: 163). Евгений Антонович при этом имеет в виду непосредственную помощь всем сегодняшним людям. В другой работе (Избранное. Одесская школа..., 2009) Поклитар обозначает и обосновывает этот метод как «новый комплексный психолого-педагого-философский метод в системе гуманитарных наук» — «Характерологическая терапия творческим самоутверждением».

О «человеке достроенном» (термин и понятие российско-израильского профессора-психофизиолога Иосифа Моисеевича Фейгенберга, автора всемирно известной концепции о вероятностном прогнозировании (Фейгенберг, 2006)) уже рассказывал в работе «Об общественной ценности дефензивных людей» (2009) (Бурно, 2011b) и поэтому здесь сообщу об этом в основном лишь словами автора настоящей детально научно обоснованной работы из его последнего письма ко мне, с разрешения Иосифа Моисеевича (Иерусалим, 11 июня 2011 г.). Иосиф Моисеевич пишет мне, что его новая книга («Человек достроенный и этика», книга недавно вышла в Москве) написана так, что «доступна даже школьнику», «но мне (И. М. Фейгенбергу.—М. Б.) кажется, в ней есть штрихи нового в понимании эволюции человека». Имеется в виду то, что человеческая мораль не изменилась со времен Античности, а «достройка» силы человека (от палки до ракеты и дальше) идет с небывалым ускорением. «Человек достроенный приобрел в результате «достройки» небывалую прежде силу. Он может сделать очень много. Так много, что сделанное уже необратимо. Поэтому стало жизненно необходимым раньше, чем делать, прогнозировать результат. Вместе с силой человека (и человечества) резко возрастает его ответственность за то, что делается».

Возвращаюсь к статье Поклитара. Евгений Антонович сообщает, что созданная Одесской школой ТТС гуманитарно-культурологическая программа ТТС, проверенная в Одессе на практике, «подтверждает прогнозируемую возможность метода М. Е. Бурно стать в своей философской законченности универсально-психологическим учением о человеке, решающим проблематику его бытия, места и роли в структуре общества, взаимоотношений с духовными и материальными ценностями. В гуманитарно-культурологических группах терапии творческим самовыражением человек осознает себя как сознательного индивида, определяет свой (в соответствии с особенностями своего характера) способ существования в мире среди других людей, определяет свое отношение к творчеству (трудовой деятельности), нравственности (добру и злу), миру, бытию, природе, жизни и смерти» (Поклитар, 2008: 167-168). Все, что дает эта программа, «несомненно, способствует формированию гармонически развитой личности, Человека Нравственного (Homo moralis) (термин Авлипия Давидовича Зурабашвили. — М. Б.), человека Разумнейшего Достроенного (Homo sapientissimus perimplens) (термин И. М. Фейгенберга. — М. Б.)». При этом Е. А. Поклитар хорошо понимает, что добро и зло будут всегда и вряд ли все люди когда-нибудь будут счастливы. «Но нельзя не требовать от каждого человека того, чтобы он вносил в свою жизнь, сколько он может, Красоты и Добра. Безусловно это непростая и нелегкая задача. Помогать в ее решении — миссия Терапии творческим самовыражением» (там же: 168).

Мое глубокое уважение к Евгению Антоновичу, преклонение перед его гуманизмом, моя любовь к нему, нескончаемая благодарность ему за то, что так пламенно жил Терапией творческим самовыражением, что, кажется, и сейчас продолжается это его вдохновение, — тем не менее все это не мешает мне высказать серьезные сомнения по поводу миссии ТТС, групп ТТС для всех людей. Убежден, что многим (особенно людям без дефензивности) ТТС не только не нужна, но даже может их раздражать. Убежден в этом многолетним опытом. Я даже могу понять человека, который как-то в Интернете назвал ТТС «терапией баранов». Кроме всего прочего, многие люди и не хотят жить творчески, по-своему, а только—«как все» и даже любят трафарет, спасающий от всегда ответственного творчества. Но Евгений Антонович, видимо, прав в том отношении, что ТТС (ХК) может помочь чаще обостренно нравственным от природы, дефензивам стать сильными самими собою. Эти люди нередко одарены особой способностью к вероятностному прогнозу. Им присущи дар глубокого сопереживания ближнему, тревожное чувство нравственной ответственности за свои и даже чужие поступки, внимательная осторожность в делах. Все это не выработаешь одним лишь воспитанием. Эти люди способны помочь выживанию человечества. Они могут в соответствии с прежде всего ими составленным новым всемирным этическим кодексом не допустить того ужаса фейгенберговой непредсказуемости. Прежде всего именно они, своим творчеством, совещаниями, способны разумно-нравственно запретить достроенному человеку делать что-то такое, чего нельзя делать (хотя человек мог бы это сделать). Человечеству необходимо будет с доверием проникнуться положениями нового этического кодекса, всемирного этического комитета, как в первобытное время одним чутьем, ритуалом проникались могучие мужчины доверием к физически слабому старику-старейшине, дабы выжило племя. Большинство людей живет сегодняшним днем, оно не может быть тревожным, глубоко нравственным, глубоко разумным. Большинство не способно серьезно тревожиться о судьбе потомков, о том, что вредоносные космические лучи падают на нас через озоновые дыры. Мы, больше или меньше, участвуем без серьезного переживания в загрязнении воздуха и воды («на наш век хватит терпимого неба и воздуха»). Но большинство людей все же склонно воспитываться, проникаться идеями ведущих его вождей (идеями добра или зла).

Не случайно, думается, новая книга Фейгенберга доступна и школьнику. В учебнике для пятого класса общеобразовательных учреждений («Естествознание», 2003) рассказывается о том, как в ответ на легкомысленно-активное подчинение природы потребностям человека (вырубание лесов, загрязнение воды, воздуха, разрушение почвы) природа уже ответила известными нам опасными экологическими сдвигами и катастрофами. Авторы предлагают школьнику подумать над стихами Леонида Мартынова. «И твердит Природы голос: / «В вашей власти, в вашей власти, / Чтобы все не раскололось / На бессмысленные части» (там же: 28).

В-третьих, это работы философа, политолога, старшего научного сотрудника Григория Юрьевича Канарша (Канарш, 2011а). О ценности исследований на этой дороге ХК говорить коротко особенно трудно, как и о других исследованиях, с которыми слишком крепко связаны судьба страны, наши огорчения и надежды. Отмечу только, что, исходя из ХК, Григорий Юрьевич уже, по-моему, довольно убедительно разъяснил некоторые национально-характерологические причины того, почему в богатой природой, пространствами и творческой одаренностью России люди работают в большинстве своем с давних пор (без особых напряженных обстоятельств жизни) не так аккуратно-старательно, как на Западе. Работают часто со смекалкой, но без работолюбиво-добросовестной систематичности, строгого «от и до», без подробной заботы об удобствах массы простых людей, нередко работают непрактично-неряшливо — в сравнении, например, с немцами и американцами. Удалось Г. Ю. Канаршу пояснить, также в духе ХК, почему российский характер так невосприимчив к цивилизованной западной демократии. Прежде всего дело тут в отсутствии у россиян массовой природной характерологической прагматичности (концептуальной практичности) и связанной с ней приверженности к выполнению закона, к дисциплине. Думаю, что все это неразрывно, генетически, связано и с особенной прекрасной национальной нравственной здоровой дефензивностью: неуверенностью в своих силах, склонностью к совестливым сомнениям, доброй широтой натуры, жалостливостью, мечтой о счастье всего человечества. Это присуще вообще «загадочной русской душе» (не только интеллигенции) (Бурно, 2008а). Г. Ю. Канарш полагает, что «западный опыт» следует перенимать осторожно, тщательно учитывая наши национально-характерологические особенности, создавая собственные основы политического устройства с «существенными элементами западноевропейской демократии». Подобный, естественно-научный, ход мышления-исследования, думается, обычно мало доступен традиционному в философии, политологии типично отвлеченно-теоретическому размышлению.

4. Экономические учения, исходя из ХК

Доцент-экономист и психолог Ксения Марковна Мижерова (Мижерова, 2006, 2008) объясняет известную «множественность взглядов в экономике» различными характерами (включая характер мышления) экономистов. Сангвиническая практичность, пронизывающая учение Маркса, характерологически и общественно — совершенно иное, нежели математически-символическое мышление многих замкнуто-углубленных в свои теоретические (без земной реалистичности) концепции экономистов. Национально-характерологические особенности древних греков, римлян и египтян, как показывает Мижерова, довольно отчетливо обнаруживаются в картинах экономик (типов ведения хозяйства) этих трех древних цивилизаций. Подобные исследования, думается мне, конечно же, могут серьезно способствовать экономическому переустройству России, помогая выработать здесь свои, российские, дороги, сообразные нашей душевной природе.

5. Искусство и ХК

О том, как выразительно обнаруживают себя характеры творцов в их произведениях искусства, немало самобытных работ. Например, статьи последних лет—Г. Ю. Канарша (Канарш, 2006, 2007а, 2009b, 2009d), А. А. Филозоп (Филозоп, 2007а, 2009b), Елены Викторовны Кулешовой (Кулешова, 2008).

6. ХК и религия

Здесь речь идет о том, как обнаруживают себя в картинах религий характеры их творцов, пророков, и о том, как ХК помогает человеку, предрасположенному к религиозному мироощущению, найти свой, сообразно своей природе, путь к Богу, изучая свой склад души. Это прежде всего работы Татьяны Юрьевны Метелкиной (Метелкина, 2004), Е. А. Поклитара (Избранные труды..., 2007), отца Михаила Кожухаря (Кожухарь, 2005).

7. ХК в повседневности

Человек, достаточно долго живущий в духе ХК, уже не замечает, что думает, переживает и действует в соответствии с этим научным подходом, это становится естеством его жизни.

В ХК применяются общечеловеческие названия характеров без психиатрических корней (Бурно, 2008а). Иногда следует пояснять-соотносить эти названия с классическими, дабы не терять связь с классической (психиатрической) характерологией.

Вот преподаватель зоологии отмечает про себя, что студентам синтонного (сангвинического) склада или многим замкнуто-углубленным (аутистическим (в здоровом смысле)) студентам свойственна такая сложно-подробная, отчетливая чувственность восприятия, что они до крошечных мелочей запечатлевают, запоминают зрительно, умело различая, множество птиц, насекомых. Другим же, например тревожно-сомневающимся (психастеническим в здоровом смысле), студентам это обычно недоступно. Но зато они необычно интересно, по-своему, по-земному просто и глубоко («по-дарвиновски») обобщают увиденное. Это и здоровым «психастеническим» студентам важно знать, чтобы не думать о своей полной неполноценности (в слабости есть и сила).

Вот женщина естественно отмечает про себя, что если бы ее замкнуто-углубленный непрактичный муж не был рассеян, то не способен был бы к глубоким научным размышлениям-открытиям, за которые платят немалую зарплату. А подруга ее считает этого ученого за его непрактичность и рассеянность просто неполноценным, «уродом», «выгнала бы».

Замкнуто-углубленная девушка досадно не разбирается в людях, обманывается в них, но тянется от всего практически-земного к теоретической математике, икебане, психоанализу, который ей серьезно помогает благодаря психоаналитической символике разобраться в своих переживаниях. В этом сказывается ее природная предрасположенность чувствовать подлинную реальность как Дух, а Дух проявляется в символах (математических, икебановских, психоаналитических и т. д.). Если она сама это знает-понимает и знают-понимают ее близкие, знакомые — то все естественно-просто, без недоразумений, обид может вставать на свои места. Для каждого — свое.

Когда знаешь-понимаешь, что необщительные таджикские дворники в Москве так замечательно красиво и чисто работают, потому что сотворенная ими гармония способствует гармонии в душе этих замкнуто-углубленных людей, — еще больше их уважаешь.

Из ХК выходит, например, и то, что без какой-то характерологической особенности в близком человеке, которая тебе не по душе, не было бы и других особенностей, за которые «так его люблю». И ту, «плохую», особенность, по характерологической закономерности, истребить невозможно, а значит, остается с нею сжиться, как и с чем-то неудобным своим.

Тревожно-сомневающийся (здоровый психастенический) человек нередко благодарен ХК за осознание того, что его слабая способность к изучению иностранных языков обусловлена прежде всего средней механической памятью и тоже природным отсутствием стремления к символике, универсально-знаково объединяющей языки культуры. Да, в этом он беднее многих памятливых сангвиников и многих здоровых, склонных к символике, аутистов. Но зато ему присуща не схематически-символическая, а полнокровно-жизненная способность к обобщению в мыслях и чувствах. Он похож в этом отношении, по складу души, не на Набокова и Питирима Сорокина, а на Дарвина, Чехова, Павлова, у которых тоже были серьезные трудности с изучением иностранных языков.

Наконец, человек, живущий в ХК, проникается тем, что и к смерти каждый из нас относится сообразно своему природному характеру. Один так чувственно-сангвинически наслаждается естественностью жизни (даже в печали), что для него и смерть не страшна своей тоже естественностью (как зима жизни). Другого освобождает от страха смерти природное чувство бессмертия души, обещающее подлинную жизнь после жизни. Третьему природному характеру смягчает страх смерти то, что ему удалось добром послужить людям. И они за это будут его вспоминать, пусть не так долго, как Шекспира. Он готов, по природе своей, довольствоваться небольшим. Нередко это учитель или врач. И он, дабы его с благодарностью вспоминали те многие (не только близкие), кому в жизни помогал, кого любил, всю жизнь готовится такой жизнью к смерти. С помощью чувства своего увеличивающегося добра, служения людям. Это особенно свойственно российским интеллигентам всех времен. И еще о других способах отношения к смерти можно было бы тут сказать. Это, кстати, обсуждается и в группах творческого самовыражения для здоровых и пациентов.

Итак, повседневная психотерапия здоровых в духе ХК, в отличие от психологической, социологической психотерапии здоровых, идет прежде всего не от психологически-социологических (внешних) воздействий на человека, а от того, как именно этот человек своим определенным природным складом, по-своему, взаимодействует с этими внешними влияниями. От того, например, как природа определенного характера по-своему формирует, строит конфликт с другими людьми. Поэтому ХК и не может быть всем по душе. К примеру, мы знаем многих, даже в нашей психотерапевтической среде, профессиональных психологов (особенно женщин), долгие годы участвующих как специалисты-клиенты в разнообразных бесконечных тренингах для психологической «проработки» своих повседневных конфликтов — с помощью разнообразных концептуальных построений.

Заключение

ХК, таким образом, как один из научных подходов к душевной жизни, может проникать практически во все области душевной работы, жизни человека, поскольку всюду есть природные характеры. Имеются в виду характеры в широком и притом естественнонаучном понимании (с чувством тела-источника «под ними», не в чисто психологическом, психоаналитическом смысле). В том числе — «характеры бесхарактерные» (конформные), характерологическая невыразительность. Так, например, ХК обнаруживает важные для понимания жизни людей, культуры связи между характерами и научным творчеством, характерами и общением с природой, характерами и спортом, характерами и кулинарией (даже в простоватом, без чувства русской души, замечании сербского режиссера Кустурицы о том, что Москву с ее церквами строил пьяный кондитер) и т. д. В одних случаях здесь участвует глубокое, подробное, профессиональное знание характерологии (или клинических психопатологических картин), в других — лишь житейская (стихийная) способность-предрасположенность воспринимать и осмысливать жизнь в духе ХК. Ведь любой человек, живущий среди множества людей, имеет возможность изучать характеры в жизни, и известно немало малограмотных мудрецов, глубоко, лучше многих психологов, психиатров, по-своему знающих жизнь, характеры людей. Тем более психиатр-психотерапевт-клиницист, поневоле прочувствовавший, продумавший характеры и творчество здоровых, исходя из гротескно-выразительной душевной патологии и ярко-выразительного творчества душевнобольных, обычно обретает подлинное научное клиническое, характерологическое мироощущение и для всей остальной, не психиатрической, жизни, как отмечал в этом духе в свое время еще Ганнушкин. Но психиатр-психотерапевт-клиницист, конечно же, не чувствует себя свободно в той непсихиатрической специальности, профессиональная подготовка в которой в глубинном соединении с естественно-научной характерологией и составляет определенную ветвь Характерологической креатологии (философскую, экономическую и т. д.) и подлинные открытия в ней. Ничего не остается для специалиста — не психиатра, посвящающего себя ХК, как погружаться в исследование характеров в творчестве все глубже, изучая книги и людей; благо есть к этому душевная охота и способности.

Конечно, будущая полнокровная ХК сможет строиться, расширяться, углубляться только благодаря совместной работе разных специалистов, из которых каждый более или менее выходит за границы своей специальности и у которых общим является серьезный, вдохновенный интерес к изучению характеров в творчестве (в широком понимании). По-видимому, самый верный путь к ХК лежит все-таки через знакомство с ТТС (для не психиатров — может быть, в сравнительно простом (но не упрощенно-искаженном) виде).

Элементы стихийной ХК тут и там обнаруживаются в истории Человечества. Не только в пьесах Шекспира и Мольера, но и в обычной речи, в обычном поведении людей Земли во все времена. Однако научная ХК состоит в достаточно глубоком изучении характеров в творчестве, в жизни людей. Любой характер в своей основе есть, в сущности, своеобразное стихийное природное приспособление человека к жизни в обществе и природе. Разные характеры, дополняющие друг друга в разных человеческих делах, в своей сумме есть стихийное приспособление души Человечества к развитию, выживанию. Самому Человечеству следует осознанно помочь собственной стихийной природе приспособиться к этому выживанию совершеннее.

Обобщая все выше отмеченное, могу предположить, что ХК способна серьезно увеличить количество вдохновенно-творческих людей, послужить разумному и нравственному, целебному развитию и выживанию Человечества, в том числе как психотерапия здоровых.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   59

перейти в каталог файлов
связь с админом