Главная страница
qrcode

А_Зиновьев_Русская трагедия. Зиновьев Александррусская трагедия гибель утопии последний социологический роман Александра Зиновьева


НазваниеЗиновьев Александррусская трагедия гибель утопии последний социологический роман Александра Зиновьева
АнкорА Зиновьев Русская трагедия.pdf
Дата29.10.2018
Размер1,73 Mb.
Формат файлаpdf
Имя файлаA_Zinovyev_Russkaya_tragedia.pdf
оригинальный pdf просмотр
ТипДокументы
#57376
страница42 из 42
Каталог
1   ...   34   35   36   37   38   39   40   41   42
Антикоммунизм — идеология глобализма и постсоветизма
Прозвучала идея запретить КПРФ и устроить суд над её руководством, персонально над Зюгановым. Эту идею оценили как глупость, причём довольно вяло. Но это на самом деле не глупость, а в высшей степени серьёзная и продуманная идея. Высказывают её не безответственные дураки, а услужливые холуи влиятельных социальных сил. И делается такое не в первый разв истории. Известно и ток каким трагическим последствиям вела реализация такого рода идей.
Существуют объективные социальные законы появления и функционирования
идеологии. Согласно этим законам, идеология, рассчитанная на оболванивание широких масс людей, должна включать не только апологетику определённого социального строя и деятельности определённых социальных сил, но и очернение их реальных или вымышленных врагов, включая создание образа таких врагов. Задача такого образа — направить недовольство масс против таких врагов, свалить на них вину за негативные проявления социального строя и последствия действий правящих сил. В памяти человечества живы многочисленные примеры на этот счёт. С идеологией антикоммунизма пришли к власти и развязали мировую войну немецкие нацисты. С идеологией антикоммунизма развязали вёл почти полвека холодную войну против Советского Союза западный мир, возглавляемый США. С идеологией антикоммунизма произошёл разгром советской социальной организации силами идеологически оболваненных советских людей и пятой колонны Запада.
Распад советского блока, распад Советского Союза и разрушение коммунистического социального строя в странах этого региона внесли некоторую растерянность в западном мире. Вроде бы исчез советский коммунизм, считавшийся главным врагом Запада. Идеология антикоммунизма потеряла былую действенность. Без чётко определённой идеологии США и страны НАТО вели войну против Сербии и других стран. События 11 сентября прошлого года в США дали правящим силам Запада предлог для провозглашения идеологии антитерроризма, под прикрытием которой они перешли от холодной и «тёплой» стадии мировой войны к «горячей».
Но образ мирового терроризма как врага западной цивилизации (и даже всего человечества) скоро стал терять действенную силу. На эту роль стали выдвигаться антиглобалисты и экстремисты. Но такие враги выглядят ещё более неадекватными мощи воинствующего Запада, чем террористы. Изобрести образ другого врага, который (образ) мог бы достаточно долго и эффективно прикрывать и оправдывать мировую агрессию США и стран НАТО, без антикоммунизма в настоящее время ив обозримом будущем в принципе невозможно. Неслучайно поэтому началась активизация идеологии антикоммунизма. Стали поговаривать о предстоящей войне с коммунистическим Китаем. Китай попал в список стран, в отношении которых западные агрессоры сочли возможным применение атомного оружия. И Россия попала в этот список. Россия нужна Западу в войне против азиатского коммунизма как бастион антикоммунизма.
После антикоммунистического переворота в горбачевско-ельцинские годы в России началась катастрофическая всесторонняя деградация. Новая (постсоветская) социальная организация оказалась неспособной остановить её и обеспечить обещанное реформаторами процветание страны. Действия правящих сил лишь легитимировали эту организацию и усилили процесс деградации страны. Материала успехов, несмотря на усилия СМИ, было ничтожно мало для идеологической апологетики переворота. И до сих пор этот материал ничтожен. Он не вызывает устойчивой веры даже в среде самих реформаторов. Дефицит позитивного материала по законам идеологии должен быть компенсирован образом врагов, на которых можно было бы свалить вину за этот дефицит. Советское прошлое, объявленное чёрным провалом российской истории, исчерпало себя в этой роли. Стали изобретать врага из терроризма. Последний был объявлен мировым злом номер один. Но до 11 сентября прошлого года усилия президента России на этот счёт особенно большого успеха не имели. На Западе их игнорировали и поддерживали именно террористов. После 11 сентября тут произошёл подъем. Правда — не такой уж значительный, как тщились его раздуть в СМИ. А главное — российская идеология антитерроризма могла быть лишь прихвостнем американской идеологии, являющейся идеологией американо-натовской мировой агрессии.
Свалить на Бен Ладена падение России было невозможно. Заговорили об угрозе внутреннего экстремизма. Посадили в Лефортовскую тюрьму писателя Лимонова. Дружно засели за сочинение антиэкстремистского законодательства (вспомните об аналогичных мерах в гитлеровской Германии ив США в годы маккартизма!). Но тот фактический материал, какой можно наскрести для широкой и долговременной идеологической обработки
россиян, по этой линии ничтожно мал для создания образа мощного внутреннего врага, мешающего правящим силам России вести страну к процветанию на основе постсоветизма.
Лимоновцы и бритоголовые никак не тянут на роль врагов эпохального масштаба. Даже мнимый насморк Наполеона сыграл гораздо большую роль в его поражении в битве при Ватерлоо, чем действия лимоновцев и бритоголовых в бедственном положении России в последнее десятилетие.
Было бы по меньшей мере удивительно, если бы не начались попытки создать образ внутреннего врага, мешающего движению России к процветанию в светлом капиталистически-демократически-национально-русском будущем, из недобитых российских коммунистов, в первую очередь из КПРФ и её руководителя Зюганова. КПРФ в воображении реформаторов остаётся коммунистической, несмотря на отказе от революционности (экстремизма) коммунистов прошлого. Зюганов как вождь таких врагов есть фигура неизмеримо более значительная, чем Лимонов, и более реальная, чем мифический Бен Ладен. В антикоммунистической пропаганде КПРФ можно ассоциировать с КПСС, а Зюганова — со Сталиным. Их можно связать и с коммунистическим Китаем, и с
Милошевичем, и с Лукашенко и с другими явлениями, так или иначе получающими идеологический статус причастности к главному врагу Запада в XX веке и все ещё остающимся такими в наступившем XXI веке.
Идея запретить КПРФ и предать суду Зюганова, повторяю, не глупость, а серьёзный обдуманный шаг определённых влиятельных кругов России, имеющих целью искоренение остатков коммунизма, как того от них требуют западные манипуляторы. Неглубокая суть этой операции заключается не в том, чтобы устранить препятствие на пути к подъёму и процветанию России — в это теперь мало кто верит даже в среде самих реформаторов, — а в том, чтобы создать образ врага большого масштаба (желательно глобального масштаба, оправдывающий действия западных глобализаторов и российских реформаторов. Невольно закрадывается подозрение, что происходящая на уровне российской Думы и российских СМИ антикоммунистическая кампания спровоцирована из-за рубежа. Ведь заранее понятно даже непосвящённым, что расправа с коммунистами ровным счётом ничего не изменит в деятельности Думы и органов власти вообще, а также в состоянии страны иве положении в мировом окружении.
Если даже сейчас с попыткой запретить КПРФ и предать суду Зюганова не выйдет ничего серьёзного, провал этой попытки нельзя будет считать концом антикоммунизма. Неизбежны новые попытки, причём более настойчивые и успешные. Коммунисты и сочувствующие им россияне должны трезво оценивать ход событий в России ив мире. Они должны быть готовы к тому, что их не оставят в покое. Правящие силы США и стран НАТО неуклонно вовлекают человечество в мировую войну неизмеримо большего масштаба, чем все войны прошлого, вместе взятые. И чтобы выглядеть в этой войне спасителями человечества и привлечь в свои сообщники как можно больше людей на планете, им до зарезу нужен идеологический образ глобального и эпохального врага. Чем больше коммунисты будут уступать требованиям этих сил, тем скорее и основательнее сними расправятся в реальности как с врагами в том виде, в каком их изобретают в идеологии антикоммунизма.
Ради чего?
Я определил свою позицию как противостояние тому новому мировому порядку, который насильно навязывает человечеству западнистское сверхобщество во главе с США и который насильно навязывается россиянам нашими реформаторами. Но ради чего это противостояние Надо этой безальтернативной социальной эволюции противопоставить что-то позитивное, какой-то иной путь эволюции. Какой Я долго ломал голову над этой проблемой. Я долго противился выводу, к которому пришёл Критик после десятков лет размышлений. Теперь я вижу, что он прав. Есть только один эволюционный путь,
альтернативный западнизму: тот, которым наша страна шла более семидесяти лети добилась выдающихся успехов глобального и эпохального значения, но свободный от тех его черт, которые стали одним из факторов краха советского (русского) коммунизма.
Как назвать этот путь Теоретически тут проблемы нет конечно, коммунизм. Номы живём не в абстрактной теории, а в конкретной исторической реальности. Со словом коммунизм теперь подавляющее большинство людей ассоциирует исключительно негативные явления советского периода. Идёт грандиозная фальсификация советской истории и антикоммунистическая пропаганда. Отстаивать позитивные достижения советского периода как достижения коммунизма невозможно. Называть их коммунизмом, а себя коммунистами — значит невольно брать на себя ответственность за все то плохое, что приписывается коммунизму. Значит заранее обрекать себя на неудачу. Открыв для человечества коммунистический путь эволюции, Россияне сумела отстоять его, предала его и дискредитировала надолго, если не навечно.
Не лучше обстоит дело и со словом социализм в любых комбинациях (включая
«национал-социализм», «социал-демократы» и т.п.). Оно стало многозначным, неопределённым, никак несвязанным с характеристикой эволюционного пути человечества.
Проблема названия не есть в данном случае проблема чисто терминологическая. Она отражает состояние самой реальности. Должны пройти годы и годы, прежде чем наступит эволюционная упорядоченность и ясность.
С кем и как?
Передо мной встала также проблема вместе с кем реализовать противостояние, о котором идёт речь, и как конкретно Я познакомился со всеми известными организациями и движениями, которые находятся в оппозиции к новому мировому порядку или критически относятся к нему. И не нашёл ничего такого, к чему я мог бы присоединиться в качестве единомышленника. Я мог бы присоединиться на какое-то одно мероприятие или несколько например, подписать какое-то воззвание или принять участие в митинге. Ноне более. У всех участников этих организаций и движений нет того понимания современности и эволюции человечества, какое я получил от Критика. И нет даже желания выработать такое понимание. Наш семинар был, пожалуй, единственным зародышем организации моих единомышленников. Ив какой-то мере журнал «Сопротивление».
Конец
В СМИ стали появляться статьи, в которых говорится о явлениях экстремизма. Перечисляются многочисленные группы, семинары, центры и т.п., в которых вызревают идеи экстремизма, и публикации, пропагандирующие эти идеи. Но ни слова о нашем семинаре, о журнале и группе Сопротивление и о моих статьях. Это странно, так как все то, что критикуется, есть жалкий лепет в сравнении с нашими материалами. А нас игнорируют. Критик был прав, когда говорил, что чем лучше мы будем понимать реальность и чем радикальнее будут наши намерения, тем меньше будет шансов на то, что на нас обратят внимание.
Умер Критик. Об этом сообщили в некоторых газетах и по телевидению как о чём-то малозначительном. На гражданскую панихиду пришло человек двадцать. Кто-то произнёс бесцветную короткую речь. И Критика увезли на кладбище для совков (или коммуняк). Так закончилась эпоха Великой Утопии.
В квартире, где жил Критик, поселились какие-то чужие ему люди. Что стало сего рукописями, выяснить мне не удалось.
Когда погода стала терпимой, я решил поехать на кладбище. Москва была оживлённой. Повсюду люди. Но что это за люди Критик когда-то писал, что самой фундаментальной задачей Запада в борьбе с Россией было лишить её статуса производительной державы,
превратить её в поставщика сырья для Запада (причём не только природного, но и человеческого сырья в виде проституток, программистов и т.п.), сделать производительную деятельность бессмысленной для русских, превратить самую жизнеспособную часть русских в торгашей, в прислугу, в развлекателей, в охранников, в мошенников и вообще в людей таких категорий, какие характерны для колонизируемых стран.
Кладбище разрослось. От могилы Жены до могилы Критика пришлось идти почти километр, — совки вымирают ускоренными темпами.
Я положил букетик цветов на убогую могилу Критика. Мелькнула мысль собрать деньги, чтобы приобрести и положить на могилу каменную плиту со словами Здесь покоится вечным сном Утопия — самая прекрасная и самая дерзкая мечта человечества. Но кто даст на это деньги Собрать деньги на такое дело — вот уж настоящая утопия.
Домой добрался поздно. Спать не мог. Думало прожитой жизни. Вспомнил Критика. На вопрос, какое бы время и место жизни он выбрал бы, если бы вдруг стало возможным повторить жизнь, он ответил Россию советского периода. А ты, спросил я себя, как бы ты ответил на этот вопрос Также. Ответил бы без всяких колебаний, абсолютно искренне, без всякой задней мысли. И не в силу привычки и какой-то идеологической оболваненности — я достаточно образованный человек, я имею представлению о том, как живут люди на планете, я не был идеологически оболванена в силу свободного выбора духовно свободного человека. Я счастлив, что я появился на свет в советское время в России, в это случайное исключение в человеческой истории, вовремя реализовавшейся социальной утопии. Я счастлив, что прожил в это время лучшую часть жизни. Я счастлив, что получил возможность оценить мою жизненную удачу, увидев гибель утопии. Аминь!
А. Зиновьев
9.05.2002
1   ...   34   35   36   37   38   39   40   41   42

перейти в каталог файлов


связь с админом